Отмороженный

Ли пел на сцене. Он любил это делать по вечерам, в уютном русском ресторанчике. Посетительницы, увешанные подделками по 3 карата стекла, кидали ему деньги, а кухарки не сводили с него влюбленных глаз и мечтали чтоб он когда-нибудь... Но такого не случалось никогда и, забрав с собой 2 сумки с едой, Ли уходил в ночь. Где он жил и чем еще занимался, никто не знал. 
Вот и сейчас, Ли шел по заснеженному полю, пытаясь срезать угол между домами и дорогами, чтобы побыстрее добраться до машины и оказаться в тепле. Он давно отвык от холодной зимы. Зима ему нравилась, но чисто как воспоминания детства. Он никогда не оставлял машину около ресторана - во-первых не доверял бывшим соотечественникам - могли и угнать или просто ради забавы порезать шины, а во-вторых, могли запомнить номер и по базе данных вычислить кто он и откуда, а этого ему не хотелось, чтобы кто-то знал кто он. Но он не мог отказать себе в удовольствии иногда петь вечерами. Ли спустился с пригорка. Под ногами скрипел снег, оставалось пересечь небольшое пустынное поле, поднять и... Он услышал как быстро-быстро заскрипел снег под ногами. Кто-то бежал за ним. Бандитов Ли не боялся, мог справиться с любыми, но что этому беглецу понадобилось? Ли резко повернулся и поставил сумки на снег. Его догонял мужчина, примерно его лет, в расстегнутом пальто, из под которого виднелся первоклассно сшитый костюм. Снег запутался в его длинных черных волосах, при такой пробежке мужчина дышал легко и ровно. Влип - с первого взгляда на незнакомца подумал Ли и стал расстегивать пальто. Потом одним быстрым движением откинул его и шарф в сторону и отошел шагов на 5, пытаясь обойти мужчину сбоку. 
- Стой, наконец-то промолвил незнакомец - я тебя догнал. Ты все видел. 
- Что? 
- Вот только не надо притворяться - ты давно за мной следишь. 
- Ну и что - отстраненно ответил Ли, пытаясь размять руки и подготовиться к драке. 
- А то, что ты знаешь то, что тебе знать не положено. С этими словами мужчина вытащил из кармана предмет, очень похожий на ручку или скорее очень тонкую и узкую, но длинную ручку ножа, нажал потайную кнопку и из ручки выскочило такое же длинное и узкое лезвие. 
Ли тяжело вздохнул. Ему не хотелось убивать этого напыщенного идиота, из каких-нибудь спецслужб, не иначе, а нож его заинтересовал. 
Он отвлекся на секунду и это дало возможность мужчине нанести первым удар. Лезвие рассекло воздух около лица и Ли, повинуясь многолетнему рефлексу, одной рукой перехватил руку с ножом, а второй ударил мужчину по шее, ломая гортань и перекрывая потоки крови к мозгу. Он отпустил умирающее тело и покачал головой. Идиоты - все они идиоты. Оглянулся, потом присел на корточки и обыскал труп, взял бумажник и не удержавшись от соблазна вытащил из рук покойника нож, и с трудом помучавшись, снял с руки перстень, вещи были необычные и могли обозначать что-то, надо будет посмотреть в сети, отметил он в памяти. Часы тоже были шикарные, как у Джеймса Бонда, но Ли побоялся их трогать - вдруг у них встроенный передатчик или еще мало ли что. 
Он быстро поднялся, распихал награбленное по карманам, еще раз быстро, но внимательно осмотрелся, подхватил сумки и быстрым шагом пошел к машине. Неприятности ему были не нужны. У Ли были еще дела. 

Открыв замок, поставил еду на пол, мотор, несмотря на мороз, завелся с полоборота и здоровенный Навигатор, топча новую колею, двинулся в путь. Ли смотрел на дорогу, а голова была занята предстоящим делом, о том, что произошло несколько минут назад он уже забыл. 
Ли Хантер, в миру Василий Евгеньевич Охотников был профессиональным киллером. В штаты его послали только затем, чтоб он убивал. Убивал перебежчиков, не нужных людей, для устрашения, за преступления, за предательство и многое другое. Он подчинялся только одному человеку и про него никто не должен быть знать, но встреча с незнакомцем несколько поколебала эту уверенность. Несколько лет жизни в Америке расслабляли, даже в Лондоне или Испании было не так.
Бен стоял на коленях посреди белого снежного поля, которое уже превратилось в грязное месиво от количества ног, которые по нему бегали. Если б только был от этого толк. Ему хотелось выть и кричать на весь свет - за что? почему? кто? убил его напарника и друга. Он не мог заставить себя еще раз посмотреть туда, где медики укладывали в мешок мертвое тело, не мог заставить себя давать указания подчиненным, на это найдутся другие. Кто-то подошел к нему и положил руку на плечо, крепко сжал. Он поднял голову и увидел полковника. 
- Ничего - одними губами прошептал полковник и опустил глаза, ему тоже было невыносимо больно, когда уходили его ученики. В Лавке работали лучшие из лучших и на их обучение тратились немалые деньги налогоплательщиков, но когда случалось такое... Ни в драке, ни в операции, а так - посреди поля, непонятно что произошло. Случайный прохожий в 6:25 утра нашел тело. Прошедший ночью снег завалил все следы, даже если что и было. Майк был убит мастерским ударом и этого мастера неплохо было бы найти. Опрос окрестных жителей ничего не дал. Нищий район, никто ничего не видел, не слышал, да еще русских полно, вон - ресторан открыли, мафиози. Неприязнь остро уколола. 
- А что - эти могли, ведь кошелек и кольцо сняли. Ну почему он не взял с собой оружие, почему пошел один, если это так серьезно могло кончиться. Бен закрыл глаза. Вспомнил, как они учились с Майком и играли в одной футбольной команде. Отчим Майка посоветовал им поступать в военно-морскую академию, а если получится - ФБР. Вспомнил, как они напились по случаю поступления, вцепился себе в волосы и сильно рванул - не хватало еще разрыдаться на глазах подчиненных. Я найду тебя гад - подумал Бен, обязательно найду.

Ли сидел на диване перед телевизором и лопал котлету. Опять мяса наложили - проворчал он, нет бы салатика на закуску. И куда столько готовят, если все равно много остается. По левую руку от него стоял лаптоп. Он смотрел на несколько уменьшившийся список людей и выбирал следующую жертву. Из 50 осталось 23 человека и можно будет зажить спокойной жизнью, если не подбросят еще работенки. Деньги на счет поступали регулярно, да он много на себя и не тратил, просто наслаждался покоем и нормальной жизнью. Надо было выбирать, кого. 
Дэвид Лахновский - сбежал и унес секрет оружия. Зря он это сделал. Ли любил оружие, но дома не имел ничего, да и обходиться лучше без него. Приказали убить его и всю семью в наказание. Ну, это просто. По пуле в голову, дом поджечь. Далее Марк Капуцевич - наказать, сделать так, чтоб всю оставшуюся жизнь мучался. Имеет дочь 12 лет. Ли усмехнулся и через коды городов соединился с Алехандро. 
- Шейху еще нужны девочки для гарема? 
- Конечно, дорогой, о чем вопрос. 
- Тогда готовь частный самолет, сегодня в 5. 
И это дело почти улажено. 
Так... ребенок страдает неизлечимой болезнью... эксперименты... Вот урод, сбежал на запад и утащил хим. формулу чего-то там - знания Ли не позволяли ему различить что стащила профессор Коганович, но только ради своего больного ублюдка она сдалась англичанам, а потом переехала в штаты. Конечно, Англия - слишком близко. Все они бегут в штаты, думают руки у Москвы короткие. 
Он записал координаты на бумажку, того, что его поймают, он не боялся. Зашел в раздевалку и надел врачебный халат, шапочку и маску, чтоб скрыть лицо, и очки - он закупил их несколько десятков, без диоптрий - очки безобразно меняют лицо, и даже кто был с ним рядом, его не узнают. Вошел в лифт и нажал 4-й этаж, из кармана джинсов вытащил шприц - тюбик с отравой внутри. По дороге к палате заглянул в сестринскую, на посту никого - раздолбаи. Увидел стетоскоп и повесил себе на шею. Взял со стола бумаги и пошел вдоль коридора, навстречу попадались озабоченные люди, врачи, медсестры, больные, полицейские, которые держали бьющегося в судорогах мужика. Ли спокойно шел по своему делу. Посмотрел в окошко палаты и никого не увидел. Взял карту больного и полистал, посмотрел по сторонам. Толкнул дверь и вошел в палату. Сидевшая в кресле женщина была далеко не красавица. Увидев врача она встрепенулась и двинулась на встречу - вы же обещали - изменений никаких нет, ну что-то же можно сделать? Ли хотел сказать - ничего нельзя сделать, это генетическое, не вылечивается, и зря ты, гнида, просаживаешь денежки, полученные за предательство родины в этом заведении. Никто не может его спасти, даже господь бог. Это понимают все, кроме тебя. 
- Сейчас сделаем укол с новым лекарством, а вы, мэм, успокойтесь, отдохните, выпейте кофе с булочкой - сейчас самое время. Он ласково полуобнял ее за плечи и почти насильно посадил в кресло обратно. Сам повернулся и посмотрел на жертву природы. Куча проводов и трубочек, посередине изувеченный скелет, который не должен был родиться, но ведь родился, и его мать пошла на преступление. 
Он с трудом проследил взглядом трубку от капельницы, вытащил шприц и ввел лекарство. 
- Скоро ему будет совсем хорошо, пообещал ей он и так же неторопливо вышел из палаты. Убивать ее ему не приказывали. 
Так же заглянув в сестринскую вернул бумаги и стетоскоп, а сам быстро начал спускаться по лестнице, никого не встретив, вышел через задний вход - покурить, перекинулся некоторыми словами с другими врачами и будто бы по делу побежал за угол, откуда выруливала исторгавшая до омерзения противные звуки скорая. Там быстро снял шапочку, очки и маску и сложил в карман, добежал до машины, снял халат, по дороге выкинул шприц прямо на дорогу, а потом остановившись и халат в помойку. Достал из сумки черный парик и вкладыши для щек и черные, роговой оправы очки. Он направился к дому Капуцевичей. 3 часа, девочка должна прийти из школы. В карман куртки был спрятан баллончик с усыпляющим газом. Он посмотрелся в зеркало - типичный физик, больной на голову только наукой. Усмехнулся и направился к апартаментам. Позвонил в дверь, на вопрос кто там заикаясь проговорил - привез литературу для своего дорогого учителя. Он старый его ученик и не мог не заехать и если Любочка его боится, он оставит сумку под дверью, а сам уйдет, даже без чая, не по русски как-то. 
На что девочке стало стыдно и она открыла ему дверь. Хорошая девочка - проворчал под нос Ли. Делая вид, что ему тяжело он толкнул ее вглубь квартиры, а потом слегка заехал рукой в челюсть. Девочка упала. Он вошел и закрыл за собой дверь - если любопытные соседи сейчас и смотрят в глазок, все равно ничего не увидят. Достал баллончик и, отвернувшись, брызнул  в лицо девочки, расстегнул сумку, вытащил комки смятых газет, прикинул тяжесть девочки, потом сложил ее втрое, и приготовился выходить. Вдруг услышал как в замке поворачивается ключ, Ли замер, бросил сумку и спрятался в ванную. 
- Любочка, ты где? - раздался женский голос. 
Тьфу. Это ее мамаша, ругнулся Ли, сейчас она споткнется о баул. Он выскочил, когда женщина почти встала, от неожиданности она не успела даже вскрикнуть, Ли ударил ее по лицу и она упала, уже без сознания. Так даже лучше - подумал он и вынес из квартиры сумку с девочкой, кинул на заднее сиденье, вернулся в квартиру, поднял под руку начавшую приходить в себя мамашу, и пока она не совсем очухалась, вытащил и ее из квартиры, усадил в машину, обрызгал снотворным, женщина уснула. Замечательно. Ли выехал на хайвей и погнал к аэропорту, соблюдаю все правила движения. 
Этому его научил капитан КГБ - четверть хорошо спланированных операций срывается только потому, что кто-то нарушает правила дорожного движения. Или превысят, или не там свернут, вмешиваются посторонние лица, а убирать их некогда и объяснять тоже. 
Поэтому поспешай, но медленно. Ли старался не превышать скорость, а особенно аккуратно он въезжал на частный аэродром. 
Он увидел Алехандро, который махал ему руками как родному брату. 
Вышел и поздоровался. 
- Девчонка в сумке, блондинка. Продашь за сколько захочешь. 
- Своему шейху и продашь? Обижаешь... 
- Тетку... - тут Ли задумался, месть должна быть серьезной. Отдашь своим орлам - пусть наиграются, заснимешь на пленку. но без их морд, пошлешь мужу. Чтоб особо не вякала, скажите, что вернём дочку, если она, ну и т.д. А потом неплохо бы сифилисом заразить. Он потер подбородок. - Ну, как... 
- О чем разговор - обрадовался Алехандро и сунул Ли толстый конверт. Доволен останешься, если еще что подвернется - Алехандро - твой друг навеки. Эх, приехал бы ты к шейху в гости, ему такие как ты нужны. 
- Это какие? - с подозрением спросил ли 
- Ну такие - с восторгом говорил Алехандро - как Рэмбо - раз и всех перестреляешь. 
- Хм... улыбнулся Ли, жизнь в гареме с постоянной угрозой бамбука в заднице ему не снилась. 
Они еще раз поручкались и расстались. 

Ли ехал в домой. Он устал и проголодался. Прикинув сколько ехать до как-его-там-придурка-лахновского, он заехал в стейк-хаус и заказал обед. На него с восхищением смотрели пышнотелые дамы, смотрели как он ест, как двигается. Взглянув на часы, он поднялся - надо было ехать. Дорога была не очень хорошая. Не могут нормальный хайвей сделать - проворчал он, объезжая очередную колдобину - раздолбаи. Несколько раз он видел полицейских, сидевших по кустам, и еще раз мысленно поблагодарил капитана Пономаренко за разумный совет. 
К дому Лахновского он подъехал когда было почти 2 часа ночи. Заблаговременно надев перчатки и оставив машину за углом, он залез в багажник, там под запаской был спрятан пистолет с глушителем. Засунув пистолет в карман куртки, он подошел к дому и осмотрелся. Нигде ни огонька, но и туч на небе не было. Ли закинул голову и посмотрел на звездное морозное небо. Пожал плечами от холода и стал тихонько открывать отмычкой дверь. В доме все спали. Он прокрался на второй этаж, стараясь не скрипеть ступеньками. Хорошо, что у них собаки нет - промелькнула мысль. Открыв дверь спальни, он увидел супругов, мирно спящих. Достал пистолет и двух выстрелов в голову было вполне достаточно чтоб оборвать две жизни. Сзади показалось шевеление - мамочка, мне страшно, в коридоре возникло белое привидение - девчушка лет 5 стояла и протирала глаза. Ли кошачьим шагом подошел к ней и свернул голову, плавно опустил на пол. Интересно, сколько у них детей. 
Зашел в другую комнату, там по очертаниям одеяла угадывалась мешанина тел - или дочка с бойфрендом или с сын с гелфрендой непонятно, а может и с тем и другим одновременно. Дострелял для верности оставшуюся обойму и вставил новую. Подошел к еще одной двери, там никого не было. Спустился вниз, зажег свечу и включил газ. Через несколько минут рванет. Вышел из дома, сел в машину и, отъехав несколько миль, услышал вдалеке взрыв. Улыбнулся про себя и подумал, что надо бы выпить кофе, до дома он доедет утром. На заправке выкинул парик и другие уже не нужные вещи, накупил кофе и сэндвичей и потихоньку двинул к дому. Подъехал он тогда, когда нормальные люди уже шли на работу. У него был маленький домик в Бетезде, на горе, с небольшим участком и парковкой внизу. Но это ему нравилось. Красивый вид, минимум соседей, насколько это себе можно позволить в таком большом городе. Хозяин этого чудного домика в немецком стиле уже давно покоился где-то на участке, и как-то весной Ли не поленился и посадил на могиле покойного несколько кустов гибискуса - на перегное расти будут лучше. Он поднялся по каменным ступенькам и осмотрел дверь. Следов присутствия чужих не замечалось. Он вошел в тепло и сразу навалилась усталость. Снял с себя всю одежду и запихал в стиралку, прежде чем провалиться в сон, он сделал несколько глотков виски - как только они пьют эту гадость, успела появиться мысль, с ней он рухнул на диван и уснул.
Проснулся Ли от грохота в дверях. Ничего не понимая посмотрел на часы, было 11 утра, он проспал всего 3 часа. Во рту и желудке было ощущение, что там всю ночь ссали и срали кошки и ползали мерзкие клопы. Он накинул халат и пошел открывать. На пороге стояли 3 дюжих молодца - три богатыря как окрестил их Ли. В черных костюмах и, черт, пуленепробиваемых плащах, спец. группа. Влип - пронеслось в мозгу. 
- Вам чего? Хриплым со сна голосом спросил он, нарочно обдав пришедших запахов перегара. 
- Вы Ли Хантер? 
- Вроде как да, был... вчера... 
- Ну вот и замечательно. Один шустрый оттер его плечом от прохода и остальные просочились вслед за первым. Ли осталось только захлопнуть дверь, предварительно внимательно осмотрев окрестности - где-то еще прячутся. 
- А нам в ресторане кухарки все уши прожужжали - мол Ли, одинок, ходит неизвестно где, могли и его убить. 
Вот ссуки - подумал Ли, высплюсь, ресторан спалю к чертовой матери, а такое прикрытие было. 
- А почему меня должны были убить? 
- Вам знаком этот человек? Один из богатырей подсунул ему под нос карточку с убитым. Как ему удалось не вздрогнуть он понял только потом - слишком уж затуманенным оказался алкоголем мозг. 
- Нет. Ли посмотрел на фото и решил играть до конца - сел на диван, будто ослабел от страха. Это его, да ? 
- Да. Ответил шустрый и внимательно посмотрел на Ли. 
Богатыри в это время ходили по дому и что-то осматривали. 
- Дом принадлежит вам? Спросил один из за спины. 
Знаю я вашу волчью породу - перекрестный допрос и со всех сторон. 
- Нет, ответил он не поворачиваясь. Дом принадлежит родственнику, он уехал в европу, он профессор. 
- А куда именно? 
- Не знаю. Может преподает в Амстердаме, а может копает где-нибудь в Египте, а может в Тунисе, я давно с ним не общался. 
- Пение в ресторане приносит большой доход? 
- Нормальный. Я еще и стриптиз могу - съехидничал Ли. 
- А если налоговую полицию спросить? 
- Спрашивайте. Я плачу налоги. 
- Почему уехали из России? 
- Не нравится, а какое эти вопросы имеют отношение к убийству? 
Шустрый опять посмотрел на Ли, нехорошо посмотрел и сказал - а потому что ты ходишь той тропинкой! 
- Какой? 
- Где был убит мой друг. Шустрый буравя глазами лицо Ли, совсем приблизился к нему и Ли стало жарко. 
Надо было что то придумать. Навалила тошнота. Он отодвинулся и изобразив приступ рвоты ринулся в туалет. Не успев всунуть себе 2 пальца, что б уж вывернуло наверняка, остатки виски с обедом рванули из него наружу. Сквозь приступы, выворачивающие кишки, он услышал как они отзываются о нем - ну что ты хочешь, пьяная русская свинья. Они все такие. Шустрый кажется промолчал или пробурчал - посмотрим. 
Умывшись, зелено-белый Ли вышел из туалета и демонстративно улегся на диван, всем видом показывая - плохо мне. Богатыри еще покрутились и один для проформы всунул ему номер с телефоном, типа если что видел, слышал, звони. 
Угу, позвоню обязательно - мысленно сказал он и закрыл глаза, а когда открыл люди в черном дематериализовались. 
Он сел на диване и достал сигареты. Курить он не терпел с детства, но сейчас очень нужно было понюхать запах дыма,  подержать в руках дымящуюся сигарету и подумать о том, что делать. 
Как он ни старался, информация просочилась. Откуда? Адрес и имя его знают. Что он певец, что еще... кто-то знает, что он работал в КГБ, а потом в ФСБ, и этот кто-то либо сбежал либо предатель, либо еще черт знает что. 
Он залез в сеть, посмотрел обзор новостей, вычеркнул трех заказанных клиентов. Осталось 20. 
Написал длинное письмо с подробностями полковнику. Потом пошел и встал под холодный душ. Мозги уже совсем не варили.

Ли пришел в ресторан. Вокруг него сразу образовалась толпа сочувствующих. Тетки наперебой ахали, что мол нельзя по ночам ходить, Америка такая бандитская страна, вот недавно... дальше шел монолог о  том кто где когда кого ограбил, вырвал сумочку, изнасиловал и т.д. Он поднялся на эстраду, да какая это эстрада - 5 ступенек, но зал хорошо видно. 
- Эй, налей-ка милый, чтобы сняло блажь... начал он. Ансамбль надрывался вовсю, а Ли даже и не думал что пел, слова возникали сами. Он напряженно оглядывал зал, он вспомнил, что тот, убитый им мужчина что-то передавал другому, такому толстому и лысому. Мафиози, не мафиози или сотрудник хрен знает каких служб. Он так и не появился. Зато был виден другой, у стойки бара, который иногда посматривал на сцену. Это не хвост, решил Ли - это что-то похуже. Он допел программу. Взял с собой сумку с едой и пошел домой. Хвоста не было, но это не значит, что за ним не наблюдали. Он сел в машину и попытался проанализировать ситуацию, но легче от этого не стало, и задание, с которым его сюда послали, он не выполнил. 
Он пришел домой и плеснул в стакан водки, добавил лимонного сока и льда и открыл ноутбук. Просмотрел список кандидатов в покойники. Он, конечно, мог бы отложить расправу с осужденными на некоторое время, пока не утрясутся события, но Ли не любил откладывать дела, а во-вторых не был уверен что дела вообще утрясутся и не придется ли пускаться в бега. Он выбрал следующую жертву - профессора физики. Хитрый старый хрен, думал увез секреты и все... а длинные лапы КГБ... тут Ли рассмеялся и глотнул из стакана. Нет, дорогие мои, расправа вас найдет везде. Он записал адрес и собрал дорожную сумку. Дедок жил всего-то в 18 часах езды. Ли допил стакан, положил в рот освежающую мятную таблетку, вытащил из пакета парочку кулебяк, заботливо всученных ему поваром ресторана. Переложил в сумку, закрыл дом и поехал. 
Ехал часов 6, пока не захотелось спать. Он остановился в отеле, и сразу завалился в кровать. Он чувствовал себя грязным и уставшим. Уставшим от жизни. Подумал, что надо бросать ресторан и перебираться куда-нибудь в город. Можно для прикрытия устроиться программистом в иностранную фирму и получать деньги, при этом сидеть дома и заниматься чем хочется, в частности спец. заказами. 
К дому профессора он подъехал к вечеру. Уже стемнело. Он увидел вдалеке сгорбленного мужчину, который торопился домой. Он улыбаясь помахал ему рукой - Николай Львович, как хорошо что я вас встретил. Профессор остановился. А Ли подбежал к нему изображая радость, ну как же - вы мой любимый преподаватель, я как узнал, что вы здесь, вырвались из лап советов, сразу приехал. Я ехал 20 часов, только для того, чтоб пожать вашу руку и выразить восхищение вашей жизненной позицией. Тут он затряс руку профессора. Николай Львович совсем растерялся. Он видел этого молодого человека первый раз в жизни, и когда он преподавал в универе, откуда его выгнали как диссидента, этот незнакомец наверняка ходил в школу. Но, впервые за много лет он обрадовался, что хоть кто-то его помнит. Многие от него отвернулись и студенты, которые когда-то горячо его любили, после изгнания отвернулись от него. Он повел рукой в сторону дома, как бы приглашая войти. 
- Ну я не настаиваю, скромно ответил Ли, при этом подхватил профессора под руку и потащил к подъезду. Пока профессор открывал кодовый замок, Ли достал из кармана длинную и тонкую иглу и уколол профессора в почку. В этот момент зажегся свет и громкоговоритель рявкнул - всем оставаться на местах. Руки вверх. 
Ли обломил ушко иглы, аккуратно выкинул его в снег под ноги и медленно повернулся, поднимая руки. Это конец. В лицо ему светил яркий свет, бежали какие-то люди. Ага - машинально отметил ли - наш пострел везде поспел. И в это время профессор начал падать. Ли повернулся, подхватил профессора под грудки пальто и стал медленно опускать его в грязный снег. 
- Руки за голову, не шевелиться - опять рявкнул громкоговоритель. 
- Не стреляйте - крикнул Ли, загораживая глаза от прожектора - не видите - человеку плохо. 
- Николай Львович, что с вами - он стал бить по щекам профессора, пытаясь оказать первую помощь. Громкоговоритель что-то орал, но стрелять  они не спешили. Кто-то оттолкнул Ли и он упал в мокрый снег. Профессору оказывали первую помощь, прибежавший врач говорил что-то про инфаркт, а Ли пытался изобразить на своем лице полную растерянность. Он встал и отряхнул джинсы. Ледяная вода обожгла тело. 
- Что ты здесь делал - услышал он над ухом, повернулся и увидел одного из богатырей. 
- Это мой учитель 
- Учитель чего - вранья, или он преподавал у вас в КГБ? 
- Он приезжал и читал лекции у нас в Новосибирском институте. 
- Ладно, проверим. Богатырь отвернулся, сделал вид что уходит, а потом с разворота ударил Ли в челюсть. Ли знал этот прием и чтоб не отделаться переломом, чуть присел. Удар пришелся над глазом. Он отлетел в сторону врачей и сделал вид, что потерял сознание. 
Берите эту падаль - сказал богатырь - и тащите в лавку - там с ним разберемся. 
Ли почувствовал, как его подхватили под руки и потащили, бросили на пол машины. Он замер и пытался как можно дольше пребывать в забытьи, чтобы успеть придумать - что же ему делать. Если знают этого профессора, значит знают и остальных. Почему именно у профессора его ждали, может быть ждали и у других кандидатур... тогда полный провал. А его скорее всего казнят или замуруют, как графа Монте-Кристо. 
Ли застонал и попытался сесть. Глаз заплыл. Кто-то толкнул его обратно, он ударился головой, немного полежал и сказал - Меня тошнит, дайте хоть холодной воды. Сидевшие переглянулись и один пробормотал - только сотрясения мозгов нам не хватало - положите его и дайте что-нибудь под голову. Потом достал из сумки бутылку с водой и сунул Ли - на, глотни немного. Ли сделал глоток и тут его взаправду чуть не стошнило. Что за гадость ему подсунули. Он посмотрел - на бутылке была надпись - родниковая вода. В болоте что ли они эту воду брали, заставил проглотить себя второй глоток - неизвестно когда удастся попить следующий раз, и вернул бутылку. Несмотря на удручающую ситуацию, он задремал, а проснулся от того, что его трясли. Он попытался встать, голова кружилась, неужто и вправду сотрясение, о черт, подумал он и вывалился из машины. Вокруг него были люди. Вдалеке он разглядел ограду, кругом лежал нетронутый снег, а впереди стоял большой дом. Контора. Под руки его затащили в дом, а потом в лифт, ехали недолго, по ощущениям этажа 3 вниз. Потом проволокли по подвалу до камеры. Бросили на пол и ушли. Ли остался один в темноте. Было страшно.  Он читал в книгах, что сделать могут все что угодно, но в жизни это бывает намного хуже, потому что это происходит именно с тобой. Наощупь он нашел койку и лег. Глаз заплыл, голова болела. И тошнило, не столько от боли, сколько от страха - что с ним теперь сделают. Посадят на электрический стул? Его передернуло. Как хорошо казнят в России - пулю в затылок или сердце и без мучений, зек и не знал, что его собирались убивать. А тут, притащут, побреют, мочалку на голову, он представил сцену из фильма и застонал. А еще бывает, газом травят - как крыс. Уж лучше бы цианиду дали. Он не знал, сколько прошло времени, по ощущениям часа 2-3, когда за ним пришли и повели в кабинет на допрос. Руки за спиной в наручниках, охрана. Ли шел, машинально отмечая про себя где висят камеры, сколько камер и сколько народу может здесь быть. Его завели в маленький кабинетик, за столом он увидел шустрого. 
Шустрый делал вид, что чего-то ищет в бумагах, но на самом деле тянул время. Ли сидел развалясь, насколько позволяли закованные руки. 
Наконец шустрый поднял на него глаза - профессор умер. 
- Это я знаю. Это вы его убили, а мне не дали оказать даже первую помощь. 
- Он умер от инфаркта. 
- Догадываюсь. 
Разговор затих и они долго сидели молча. Ли занимался про себя дыхательной йогой, а шустрый прикидывал - убить этого подонка сразу и пойти под суд, или все-таки подождать. Наконец шустрый не выдержал 
- Ли Хантер, с вас снято обвинение в убийстве профессора Левинского Николая Львовича, так же я прошу у вас прощения за превышение пределов самообороны при задержании, проявленное нашим сотрудником, тут он показал на лицо Ли, - вы свободны и можете уйти. 
Если изумление и хотело отобразиться на лице, то он его подавил. Он резко встал и повернулся в шустрому спиной с закованными руками, всем своим видом изображая униженную добродетель, но он милостиво прощает такие некомпетентные органы. Шустрый подошел к нему и снял наручники, но прошептал на ухо - я б тебя ублюдка... 
Ли посмотрел на него, но ничего не сказал. Стал разминать затекшие руки и вышел из кабинета, его уже ждали и проводили до выхода. Там посадили в машину и отвезли к дому профессора. Было раннее утро, холод моментально пронзил тело до самых костей. Не посмотрев в сторону провожатых, Ли пошел к оставленной машине. Идти пришлось долго, ноги скользили на подмерзших за ночь лужах. Он понимал, что за ним следят, но и сделать прямо сейчас было ничего нельзя. 
Сел в машину, сразу включил обогрев сидений, достал из сумки пирог и начал есть. Он не знал, что следует делать в таких случаях, наверное надо бежать, но куда. В запасе была парочка квартир, про которые никто не знал, а дело... он не мог написать полковнику, что его дело дрянь. Это стоило слишком больших вложений в него, и нет гарантии, что полковник не захочет вернуть хотя бы часть. Ли согрелся и поехал домой. Несмотря на сонливость, он твердо решил, что до дома доедет без остановки в гостинице. Каждые 2 -3 часа он останавливался, чтоб размяться на морозе и купить кофе. Съел пару таблеток для поддержания тонуса, но и их действие начало кончаться. Он вымотался до предела. Подъезжая к дому подумал, что у него в запасе есть время и сейчас он выспится, а потом потихоньку решит что делать дальше, предварительно связавшись с полковником. Он открыл дверь и понял, что времени у него совсем не осталось - в доме было все перевернуто, выпотрошенные матрасы и разобранный телевизор наводили на определенные мысли.
**** 
- Бен, смотри какую любопытную штучку прислали патологоанатомы. 
Бен оторвался от раздумий и посмотрел на вошедшего помощника. Помощник - один из богатырей, тряс пакетиком перед носом Бена. 
- Ну и что это? - спросил наконец он. Это было похоже на длинный кусок проволоки. 
- Это - было найдено в почке профессора Левинского. В почке. Сразу не нашли - очень тонкая. Идеальное орудие убийства у китайцев - меня уже проконсультировали. 
Вихрь подхватил Бена и выволок из-за стола, сшибая стулья, и народ, проходящий мимо кабинета, пронес по коридору с воплями - задержите его, это и есть настоящий убийца -  Бен ринулся во двор, даже забыв надеть пальто. Там его уже ждал штурмовой вертолет.
****
Ли смотрел на погром и соображал что же делать. Потом он быстро начал собирать оставшиеся в целом состоянии вещи и предметы, могущие понадобиться в будущем. Набитые сумки относил в машину. Не удержался и собрал раскиданные книги в коробку - читать он любил. Последними закинул в сумку туалетные принадлежности и закрыл дом. Надо было срочно уезжать. Он не мог решить - лететь самолетом, или ехать на поезде, или поменять машину. Каждый из этих планов имел свои недостатки, связанные с проверкой документов и регистрацией. 
Наконец он решился. Поехал к одному из дилеров и сдал ему машину, на вырученные деньги тут же купил новый Аваланч, загрузил его и подумал, что жаль, осталось мало наличных - всего-то 4 тыщи с копейками. Ли ехал на юг, когда понял, что его догоняет какой-то минивэн. Он попытался оторваться. Это не удалось, минивен стал обгонять его и одновременно прижимать к обочине. Ли попытался резко остановиться, его занесло, вэн нарочно ударил его в бок, чтоб здоровый Аваланч вообще наполовину съехал в кювет. Ли кое-как выбрался через соседнее сидение, огляделся, в поисках наглеца и увидел шустрого. 
- Попался гавнюк. Теперь за все ответишь. 
Уставший Ли понял, что надо будет драться и как можно быстрее разделаться с этим паразитом. Они стояли друг напротив друга как два ощетинившихся кота. Каждый прикидывал свои возможности в победе. Под ногами была каша из снега, льда и воды. Наконец шустрый напал, Ли отступил в сторону и дернул за руку - шустрый пролетел мимо, носом в снег. Ли пошел за ним, с намерением сломать ему позвоночник. Вдруг шустрый вскочил, в руках у него была ручка, вернее... не ручка - тот тонкий нож. Ли вспомнил, что даже не полюбопытствовал откуда это изделие. То, что эти ребята из одной конторы, сразу стало понятно. Но лезвия было не видно. Теперь шустрый размахивал ручкой ножа перед носом Ли, это утомляло и раздражало. Ли решился напасть первым и правая рука уже сжимала шею шустрого, а левая, он пропустил ту секунду, когда ручка приблизилась к его плечу и под бронежилет проскользнуло лезвие, разрывая мышцы и легкие. Пытаясь удержать уходящий воздух Ли рванулся и увидел удивленные глаза шустрого, которые смотрели на ручку, оставшуюся в руках и на Ли. 
- Ты же сломал лезвие, идиот, прошептал он. 
Ли почувствовал, что ему нечем дышать, в груди стояла боль, как будто в нее загнали большой 30 см. гвоздь. Он смотрел на шустрого и понял, что проиграл. Ноги подкосились. Он упал на колени, с губ стекали капли крови. Хотел вздохнуть, но каждый вздох отдавался пронзительно колющей болью в груди. Почувствовал, как шустрый пытается его удержать от падения, со словами - подожди подыхать падаль, ты мне еще нужен, почувствовал, как снег обжигает шею и щеку, дальше наступила холодная темнота.
Бен торжествовал - ну наконец-то. Говорил же - что этот русский сразу ему не понравился. Надо будет запросить посольство кто его сюда впустил, опросить соседей и еще много чего. От радости он поплясал на снегу, дожидаясь бригаду скорой, когда увидел, что снег под мужчиной стал красным. Э... так он истечет кровью - подумал Бен. Снял шарф и попытался сделать тампон, чтоб уменьшить потоки крови. 
Расстегнул рубашку и увидел бронежилет, закрыв рану одной рукой, другой он принялся ощупывать впервые увиденную вещь. Это был не простой бронежилет, тяжелый и неудобный. Это был жилет, изготовленный из стального волокна, тонкий, пуленепробиваемый и легкий, очень удобный. Такой могли иметь только служащие спец. подразделений. И он умудрился загнать лезвие под него. Какой я молодец - подумал Бен, обхитрить такого врага - наверняка он шпион или КГБшник. Бен потер руки и услышал вдали завывание скорой. Теперь осталось только запихнуть в вертолет, а там, через несколько часов... 
- Он не доживет до дома, надо везти в ближайший госпиталь. А лезвие сломать - ты постарался? 
Бен покраснел. Старший из бригады обращался с ним как с мальчишкой. Бен еще пытался возражать, но от него отмахнулись и все до чего он додумался - это сесть в машину Ли и поехать за скорой. 
Ничего - размышлял он - у дверей поставим охрану, никуда он не денется, а я в это время.... 
Ему очень хотелось порыться в вещах и узнать хоть что-нибудь об этом человеке - его мир, семья, записную книжку бы, фотографии. 
Он зашел в госпиталь. Русского увезли в операционную, говорят что плох, врут наверное, русские живучие, гниды. 
Оставив охрану и велев не спускать глаз, Бен поехал в гостиницу и втащил пару сумок Ли. 
Книги. Астрономия, история древнего мира, стихи на французском языке. Сборник немецких песен, немного фантастики, книги по программированию и археологии, Шекспир и Юнг. Странная подборка. То ли мозги дурит, то ли действительно интересуется. 
Он собрал книги обратно в коробку, оставив фантастику - почитать на досуге. Взялся за сумку с вещами. Все перерыл, но ни записки, ни чего-то странного и хоть как-то характеризующего хозяина этих вещей. Вещи очень хорошего качества, судя по всему не дешевые, понюхал свитер и уловил тонкий запах дорогого мужского одеколона. Бен еще раз перетряхнул все и позавидовал аккуратности и возможностям странного владельца вещей. 
Все упаковал, оставив остальное на потом, хотя и разбирало любопытство, с книжкой завалился на постель и стал ждать вестей из госпиталя.
Ли очнулся от непонятного запаха. Пахло противно, как будто старьем и спиртом и чем-то еще одновременно, это чем-то еще был запах смерти. С трудом открыл глаза и увидел, что лежит в одноместной палате, руки привязаны к кровати и торчат разные трубки. Он начал вспоминать как мог попасть сюда и застонал, поняв всю свою глупость. Попасть в лапы разведке - эти не выпустят. Надо бежать отсюда. Он попробовал покрутить руками, не, привязано было крепко. А если попробовать замедлить биение сердца. Он сосредоточился и начал дышать медленнее, как учили, давление стало падать, сердце слабее биться и вот появился врач, скандалящий с тремя охранниками. 
- Отвяжите руки, если придется делать дефибрилляцию - так нельзя. 
- А если он сбежит? 
- В таком состоянии не сбежит, да и вы караулите около двери. 
Он что-то поколдовал в изголовье, Ли сбился с дыхания и сердцебиение увеличилось. Охранники поворчали, но руки отвязали. 
Ли лежал и думал что же делать. Прорываться с боем в таком состоянии не хотелось, да и сил, он чувствовал, поубавилось. Но и терять время нельзя - как только ему станет лучше - его засунут в каменный мешок и неизвестно что с ним потом сделают. Он решил проспать до вечера, а потом рана чуть заживет и можно будет рискнуть. Очнулся он как по часам, когда было 2 часа ночи. К нему заглянул врач, судя по всему неопытный, Ли застонал и поманил его рукой. Врач зашел и наклонился над Ли - этого было достаточно что бы тихо и надежно навсегда вырубить сознание из человека. Ли выдрал капельницы, шатаясь, стал раздевать врача. Штаны были коротковаты, а халат тесным, зато была маска. С трудом он заволок труп на кровать, кое как приклеил пластырем иголки к рукам, и только тогда понял, как ослаб. Его шатало и перед глазами плавали круги, но делать было нечего. Загородившись бумагами, он прошел мимо охранников и зашел в раздевалку, там сидела парочка и мирно болтала, увидев его, они замолчали и удивленно стали смотреть на него. 
Ли запер за собой дверь и ударом ладони перебил шею ближайшей докторицы или сестры - он не разобрался. Ее кавалер попятился вместе со стулом и попытался ускользнуть от убийцы, он просто ударил его по груди открытой ладонью и сердце остановилось навсегда. 
Ли подошел к шкафам и стал быстро и аккуратно потрошить одежду. Нашел себе джинсы, свитер и куртку, забрал из кошельков кредитки и наличные. Уложил мертвецов друг на друга - пусть что хотят, то про них и думают и, надев шапку по самые глаза, вышел из кабинета. Пошел на задний дворик, куда выходили курить врачи, увидел, что там стоит один из охранников. Стрельнул сигарету у явного студента, и прикрываясь разговором с ним прошел мимо лопуха-стражника. Потом распрощался со студентом и пошел по улице. Было холодно. Сказывалось напряжение последних дней и хотелось есть, болело плечо и грудь. 
Надо было решаться. Зашел в подъезд фешенебельного дома, вслед за какой-то женщиной. Потом, сломав ей шею, отобрал ключи и вошел в квартиру. Похоже, она жила одна. Труп вынес на балкон - пока холодно - никто и не заметит. Пошел в ванну и стал рыться в аптечке. Нашел обезболивающие, выпил сразу 3 штуки, запив красным вином. В холодильнике еды почти не было, зато был интернет. Ли заказал из ближайшего ресторана кучу еды, расплатившись по одной из кредиток. В первый раз за долгое время поел и лег на диван перед телевизором - хотел посмотреть новости - может его уже ищут, с другой стороны клонило в сон. Он почувствовал, что вроде бы поднимается температура, и надо бы выпить аспирина или еще чего, но вставать было лень и он уснул. Проснулся от того, что все болело. Место ранения покраснело и опухло, по ощущениям температура подходила ближе к 40 градусам. Он выпил холодной воды, но вместо облегчения наступила тошнота. 
Это хуже - решил Ли и опять полез в интернет пытаясь найти врача нелегала поблизости. Чем ему заплатить у него найдется. Был вечер. Шатаясь Ли вышел из квартиры и побрел по указанному и записанному на бумажке адресу, вроде всего 3 квартала, но как же тяжело идти, мысль взять такси, даже не пришла ему в голову. Ноги передвигались медленно. Он заметил, что люди стараются обходить его стороной, наверное страшный у него был вид. Несмотря на то, что шел снег, ему было жарко и так хотелось прислониться щекой к этому чистому, еще не затоптанному сугробику снега. Через какое-то время длиной в вечность он понял, что лежит на снегу, пытаясь охладить пылающее лицо.
*** 
Бен рвал и метал. От злости он оборвал пуговицы с формы охранников и кидал их в урну. Проворонить убийцу, да таких как они... Тело врача нашли только спустя 2 часа, когда пришло время менять капельницу, а в раздевалку вообще никто на мог зайти - она оказалась запертой. Говорил же - надо сразу на базу было везти, нет же - помрет бедненький. И теперь этот труп ходит неизвестно где и мочит людей и что еще он сделает неизвестно, может решит убить самого президента. Мысль о раскрытии русского заговора показалась Бену приятной. И он решил обдумать ее на досуге. А сейчас его больше занимала мысль - где найти этого гаденыша. Он пошел в холл отеля, нашел дартс и стал кидать стрелки, представляя, что посередке стоят охранники - одно тело, три головы, а он кидает в них не эти маленькие иголки, а здоровенные метательные ножи. Звонок поздней ночью прозвенел сладким звуком. Они нашли его. В больницу был доставлен неизвестный мужчина, без сознания, с ножевым ранением, заражением крови и еще кучей всяких гадостей, в кармане куртки были найдены чужие кредитки. Сообщили в полицию, ну и нашим, Бен, приплясывая от нетерпения, стал одеваться. Уж он ему покажет. Через 15 минут он был в городской больнице - читай - для бедных. У палаты уже дежурили полицейские. Бен зашел в палату и сначала ничего не увидел - все белое и только трубки торчат, потом разглядел белое, почти серое лицо Ли, сливавшееся с застиранным больничным бельем. На секунду в нем поднялась жалость, а потом он скомандовал - здесь есть вертолетная площадка и вот эту падаль - туда. Прибежавший врач запротестовал, но его никто не слушал. Этот - выдержит - рявкнул на него Бен. Отключили аппаратуру, Ли переложили на носилки, оставив только капельницу. Когда приземлился десантный вертолет, все уже порядком замерзли. Погрузив свою добычу, молодые люди расселись и стали предвкушать как наконец прилетят домой, отогреются и займутся этим русским, Бен мечтал о том, что вытрясет с него правду - за что был убит Майк. Мечты были прерваны словами человека который сидел рядом с пилотом - накройте его - холодно. Бен пытался возразить, но этот человек в штатском мог обладать большей властью и кивнул ребятам. Откуда-то появились одеяла и они накрыли Ли сразу тремя - для большей гарантии и показного усердия. 
*** 
В один из моментов Ли очнулся от того, что его трясло от холода. Приоткрыв глаз он увидел только армейские ботинки. Все. Его куда-то везут, где попытаются вытрясти все. Кто-то хотел ударить его ногой, но другой голос приказал не бить, а оставить на потом, и тут Ли стал уплывать. Уплывать в прошлое. 
*** 
Сколько себя помнил, Василь был не таким, как все. Он был одиночкой. Ему не нравились игры его погодков в виде мучения котят, или закидать камнями бывшего, комиссованного, больного зека. Ли любил читать или рисовать или просто смотреть в окно. Жили они бедно, в доме на 4 семьи с общим входом. В доме была большая печка, крохотная кухонька с кроватью, где спал Василь, ну и гостиная и спальня одновременно, куда мать приводила мужчин. Была еще терраска, но спать там можно было только коротким сибирским летом. Отца своего он не знал, и на злобные выкрики ублюдок и подкидыш, он не обижался. В школе пришлось туго. Старшие отнимали деньги или пытались опустить и Василь научился драться. Он не стал как все. Он стал волком-одиночкой, даже внешностью он отличался от других детей. Правильные черты лица, белые волосы и врожденная культура и чувство собственного достоинства сразу превозносили его над толпой. И другие, видя это, пытались его унизить. За это приходилось расплачиваться кровью. Придя однажды домой окровавленный и в порваной рубашке, Василь отмывался во дворике, коря себя за то, что мать опять будет переживать, а потом найдет себе мужчину чтоб купить ему потом новые вещи, зарплаты на все катастрофически не хватало. Василь почувствовал пристальный взгляд. Он оглянулся и увидел старого соседа, без одной ноги, вечно пьяный и прокуренный. Говорили, будто бы он бывший нквдшник, но этого никто не знал, а вот к матери и Василю он относился с уважением. 
- Поди-ка сюда, малец - поманил его пальцем дед. 
Василь подошел. Дед поднял его голову за подбородок и осмотрел ссадины и кровоподтеки и покачал головой - убьют тебя так когда - нибудь. 
Потом огляделся и сказал - у вас выпить есть? 
Василь помялся, но сосед всегда хорошо к нему относился и он кивнул головой. Зная, что от матери влетит еще и за это, но за 8 бед один ответ и он повел деда в квартиру. 
Поставил перед стариком бутылку водки, нашел соленые огурцы и вареную картошку. Поставил на стол. Дед выпил, крякнул, занюхал огурцом и сказал: 
- То, что я тебе сейчас покажу, я не имею права вообще кому-нибудь говорить и упоминать, но мне скоро умирать, а тебе жить и жить. Если захочешь - воспользуешься с умом, если нет, ну так что ж... Смотри - вот у человека на шее есть жилочка, тоненькая, переруби ее и жизнь оборвется. Дальше, печень - через нее проходит кровь. Анатомию вы еще не проходили, вот здесь она - он похлопал Василя по правой стороне живота, но есть несколько точек, если ударить сильно вот сюда, он показал Василю, человек проживет дня 3-4, не больше, и все. 
Можно оставить человека инвалидом, можно убить. Нас этому учили. Не знаю как называется, но узкоглазые этим очень любят пользоваться. 
Подробней прочтешь в книжках. И еще, зарядка у вас дрянь. Первое что делай - упражнения на растяжку и гибкость, как в кино, про этого... маленький такой, кричит все время. 
- Брюс Ли что ли - нахмурившись спросил Василь. 
- Ага, наверное, не знаю я их - но некоторые вещи правильно делает. Ладно, я пошел, ты заходи проведать старика, будет возможность, и скажи матери, чтоб не ругала тебя - все у тебя будет, на лбу написано. 
Василь подошел и посмотрелся в зеркало. Надписи не было. 
Дед посмеялся, потрепал Василя по голове, и вышел. Василь слышал, как он тяжело идет, ступая на протез, как громко кашляет за тонкой стеной. А Василь задумался над разговором. Он слышал, что бывают такие люди, могут останавливать сердце или убить сразу человек 30, если только они своей массой не задавят, но это относилось скорее к мифам. В НКВД раньше тоже хорошо учили, есть еще спец.подразделения. Про этих он знал точно, ибо такие приезжали на зону тренироваться на смертниках. Значит дед не врал. Он машинально налил стопку водки и выпил, закашлялся, хлебнул из ведра воды, сел за стол и начал чистить картофелину. За этим занятием застала его мать. Сразу с порога начались крики про то, что вот еще молоко на губах не обсохло, а уже водку пьет, опять рубашку разодрали, и морда - на кого похожа. От выпитого Василя развезло и он передернул плечами 
- Не ори, ма, дай подумать. 
- Подумать ему, ты б лучше об уроках думал - уже сбавила голос мать 
- Да, подумать о том, как мне жить дальше. 
Мать с недоверием посмотрела на него, но орать прекратила. 
- И вот еще что - прохрипел Василь, не надо мне новой рубашки - эту зашей, и дай мне денег на дорогу в город. 
- Это еще зачем? 
- В библиотеку поеду, мне надо кое что прочитать - тут он завалился на стол и заснул. Мать вздохнула, дотащила его до кровати. Совсем мужик стал - тяжелый. Развела бадяги и приложила к синякам сына. Потом погладила его по голове и смахнула слезу. Сын был точной копией отца.
*** 
В субботу после школы Василь поехал в библиотеку, зашел в читальный зал и сидел там до закрытия. Читал книги, какие нашел по восточному единоборству, анатомии, китайской медицине и прочему, делал выписки интересного и что еще надо прочитать. Переночевал на вокзале и с утра опять пришел в библиотеку. И, поскольку библиотеки закрывались в обед, взял несколько книг с собой. Дома был чужой дядя и он не стал мешать матери, а пошел к деду, прихватив закуски из холодильника. Дед гнал самогон, но Василя не угостил. Сказал - нечего с младенчества приучаться. Они долго проговорили за жизнь, после чего Василь сделал вывод, что новую жизнь надо начинать самому, а не ждать когда она начнется по чьей либо вине. 
Случай подвернулся скоро. Старшеклассники вывернули ему руки, обыскивали карманы, не найдя денег, один предложил попользоваться смазливым мальчиком. После чего кто-то начал расстегивать штаны Василя, этого он уже не вытерпел. Резко рванувшись, он освободил левую руку и ударил насильника в печень. Тот ойкнул и стал оседать. Василь вырвался и поддерживая штаны побежал домой. Дома с ужасом стал ждать что же будет дальше. На другой день ничего не произошло. Он старательно не встречался с обидчиками. А через день произошло событие очень его взволновавшее. Парень, что хотел изнасиловать Василя, переходил улицу упал на проезжую часть и по нему проехала машина. Все бы ничего, да только свидетели утверждали что его никто не толкал, а упал он сам. 
Это я его убил, с ужасом подумал Василь, что же теперь будет. 
Ничего не было и он со временем забыл о происшествии, продолжая поездки в городскую библиотеку - в поселковой он не хотел светиться своими знаниями и интересами. А знания тем временем разрастались. Василь стал делать спец. упражнения на растяжку мышц, пытался копировать удары и движения из фильмов, старался доводить некоторые приемы до автоматизма. Однажды вечером он шел домой и увидел впереди пьяного дядьку, вокруг никого не было, он не удержался и решил попробовать, и приложился ногой к шее мужчины. Мужчина упал и не двигался. Василь обшарил карманы, вытащил кошелек и пропуск. Тут он узнал, что убил главного инженера завода. Придя домой, кошелек и пропуск выбросил в туалет, а деньги сложил в укромное место. 
На другой день весь поселок гудел от происшествия. Никого не нашли. Мать орала, чтоб Василь не смел ходить по улице как стемнеет, что кругом бандиты и убийцы. Василь с ней согласился, но спросил - а почему бы не переехать в город? 
- На что - удивилась мать, а работа, думаешь она на дороге валяется, а жить где? 
Василь задумался и пошел к деду за консультацией.
В выходные он как всегда поехал в город и около пивных ларьков стал выискивать одиноких пожилых алкоголиков, подслушивал разговоры, иногда подпаивал, наконец один такой нашелся и он притащил его к матери. 
- Зато с квартирой - резюмировал он. 
Они обыскали пьяного, нашли паспорт, вызвали паспортистку Зинку, которая за комод и диван согласилась поставить печати, что они муж и жена. У Зинки был хахаль из шоферюг и одним рейсом он отвез мебель своей зазнобе, а вторым - все оставшиеся приличные пожитки Василя и мамы. Мужика поили до беспамятства еще неделю, а когда он пришел в себя, то узнал, что у него есть жена и сын. 
Мать приоделась, Василь должен был пойти в новую школу, но мужик периодически  возбухал, вроде ничего не помнит, опоили, окрутили, женили. Ничего не оставалось делать и в один из приступов пьянства, когда папаша пытался крушить мебель, Василь со всей силы врезал ему по печени. На другой день он умер в больнице - от цирроза. Вдова была безутешна, сынок тоже переживал, скорее не по поводу скорой кончины отчима, а по поводу где взять денег. Быть убийцей с большой дороги ему не хотелось, а вот если бы... От проституток он узнал, что за смерть главаря конкурирующей банды Лысый много бы отдал. Это был риск. Но кто не рискует...
Василь пришел к нему и за крупную сумму денег согласился убить Кольку-косого. Лысый сначала над ним посмеялся и даже хотел избить малолетку, но потом подумал, а чем черт не шутит, и выдал Василю половину оговоренной суммы, с непременными угрозами что ему будет, если он обманет. Василь попросил пистолет и не разбираясь в оружии попросил консультации у подельников. Посмеиваясь, ему рассказали об оружии, но понял Василь единственное - лучшее орудие - это он сам. 
Искать Кольку-косого ему не пришлось, он каждый день пьянствовал в единственном городском ресторане. Переодевшись официантом, он обслуживал пьяную компанию, а когда выдалась секунда ударил бандюка по шее. Бандюк стал падать и он сказал подручным, что тот слишком пьян, пусть полежит отдохнет, и уложил его голову на скрещенные руки. Когда через пару часов спохватились, что главарь спит слишком долго, стали его будить, но потом поняли, что он мертв. Официанты ничего сказать не могли. В банде начался дележ власти и Лысый без труда подмял их под себя. Василю он деньги отдал, и даже прибавил премию от себя - коньяк и золотые украшения. Потом подумал, что мальчик может оказаться весьма полезным, договорились, что он будет класть деньги на счет Василя в Сбербанке, а Василь звонить и принимать заказы на устранение неугодных людей. 
Как потом выяснилось, заказов было много, деньги текли рекой. Василь обставил матери квартиру, дал еще денег - на старость и так, без всего уехал в Новосибирск. Там снял квартиру и занялся дальнейшими исследованиями. В школу он не ходил, но глядя на него любой мог бы сказать, что этот мальчик - студент и готовится к лекции, зачетам и т.д. А уж заподозрить жестокого убийцу - до этого вообще никто бы не смог додуматься. После одной из своих акций, как он называл свою деятельность, он познакомился с проституткой Нинкой. Дело было так. Василь шел из библиотеки, нацепив на нос очки, они ему нравились - вид менялся до неузнаваемости, придавая ему солидности с одной стороны и беззащитности с другой. Впереди шла девушка, вернее, он сразу определил - путана, и плакала. Плакала не понарошку, не для заманивания клиентов, а по настоящему. Василь предпочитал не связываться, но эту девушку ему стало впервые жаль и он подошел к ней. 
- Чем могу помочь? 
- Ничем... 
- А все таки... 
- Иди ты... далее следовали потоки слез. 
Василь переложил сумку в левую руку и взял девушку под локоть - я провожу вас. 
Дальше, захлебываясь слезами Нина поведала ему, как ей очень хочется вырваться из этого дерьма. Но у нее есть муж, хотя и бывший, который не дает ей развода и постоянно угрожает прирезать, и папаня алкаш, которому нужны только деньги, есть сутенер, которому тоже нужны деньги, а клиенты так себе. 
Василий задумался. Вмешиваться не хотелось, с другой стороны дело на пару пустяков, а связи Нинки могут пригодиться. Он вспомнил фильм Механик - эх, хорошо бы быть таким киллером. Он грустно улыбнулся. 
- А если я помогу тебе? 
Нина перестала реветь и серьезно сказала - если ты мне поможешь, я у тебя всю жизнь в долгу буду, все что хочешь для тебя сделаю. А если совру - убьешь и меня. 
- Ладно, посмотрим, проворчал Василь и пошел к Нине домой. Квартира была хорошая, но обшарпанная и почти не было мебели. Все вынес муженек проклятый, извиняясь, сказала она. Сколько бы я не заработала - все как в бездонную бочку. 
Василь сидел на продавленном диване, пил чай с вареньем - вкусное, мама у него такого не готовила. 
- Варенье сама варила? Спросил он. 
- Ага, я ведь в проститутки от безысходности подалась. Сам знаешь как тяжело с работой, да и платят гроши. А тут - все таки деньги, валюта, шмотки хорошие. Я кое-что от своего благоверного припрятала, да папаша приходит денег просить. Нет - так вынесет все. 
- Бывший когда заявится? 
- А кто его знает, может вечером, может завтра, а что? 
- Ничего. Он подошел к ней и неловко поцеловал ее в губы. Руки скользнули по колготкам. 
- Сколько тебе лет? 
- 15 соврал Василий. 
- Ты же еще совсем мальчик. 
- Ну, это с какой стороны посмотреть. 
- Подожди - она рванулась к шкафу и достала чистую простынь.- Помоги разложить диван.
*** 
Когда все кончилось Василь тяжело дышал, закусив нижнюю губу. Орать при ней не хотелось, но то, что она делает это... 
Пошатываясь он пошел в ванну. Выкинул кондом в мусорное ведро, быстро обмылся и тут раздался звонок в дверь. 
- Бывший - Нина вся сжалась и моментально подурнела. 
Под трели звонка василь одел трусы и джинсы и вышел в коридор, открыл дверь. На него уставилась пьяная морда.
- Ты хто такой будешь? 
- Племянник, а ты кто? 
- А, племянник, да видали мы таких... Василь поморщился от ругательств и стал оттирать пьяньчугу от двери. Поравнявшись с лестницей он ударил алкаша в висок и стал аккуратно опускать местом удара на ступени. 
Через минуту он зашел в квартиру. 
- Ну что - испуганными глазами спросила Нина. 
- Ничего. Он больше тебя не будет тревожить. А ты можешь еще раз, только кондом возьми клубничный - хорошо пахнет. 
Наутро весь дом знал, что бывший, теперь уже по настоящему, нинкин муж допился, свалился с лестницы и убился на смерть. Собаке - собачья смерть, говорили соседи. 
На третий день заявился папашка, с бутылем, как обычно, племянника принял с радостью - думал, что это внук его давно покойной сестры. Так что легенда прошла - подумал Василь. Во время одного из объятий он слегка ударил дедка. На другой день его нашли мертвым на улице. Вскрытие показало инфаркт, цирроз и еще многие болезни. 
Нинка теперь всем говорила, что это племяш, приехал учиться в универ, и так это было убедительно, что никто даже и заподозрить не мог, что Василь любовник Нинки. 
Они выкинули всю мебель и сделали ремонт, не хуже чем в модных журналах. Потом долго выбирали мебель. Ассортимент был небольшой, но хотелось что-то необычного. Василь купил техники и сам смонтировал ее. Бабки-соседки вздыхали, глядя на внучка. Василь по прежнему ходил заниматься в библиотеки, иногда ходил на лекции в институт, удостоверений у него было полно. Иногда Лысый подкидывал заказы. 
Квартиру поделили - Василь взял себе самую маленькую комнату и врезал замок - на всякий случай - от Нинкиных клиентов. Она сочла это правильным и драгоценные вещи хранила у него. Нине досталась большая комната, ее перегородили модным стеллажом и получилась гостинная и спальня. Поскольку в дом захаживали иностранцы, у них было много разных модных журналов - и по дизайну и по одежде, машинам и компьютерам. 
- Слушай, Василь, сказала один раз Нинка. Вот ты ходишь, чего-то все изучаешь, а не заняться ли тебе языками. Смотри - журналы какие - про жизнь можно было бы поговорить. Научился бы в машинах разбираться, одеваться, или программирование бы выучил. 
- А потом куда - педиком что ли? 
- Ну почему сразу педиком - умные люди везде нужны. 
Василь вздохнул. Да уж - где нужны эти умные люди. Зоны переполнены, заводы остановлены, нищета беспросветная. Но совет Нинкин принял во внимание и записался на курсы английского, а потом испанского. Испанский показался очень легким и он выучил немецкий и часто пел довоенные немецкие песни, которые так нравились Нинке. Она научила его играть на рояле. Василь подумывал не купить ли хорошую машину. Шел передел власти и заказов было много. В языке практиковался с Нинкиными клиентами и многие приходили по второму-третьему-десятому разу, не для того, чтоб трахнуться, а для того, чтоб поговорить о жизни с этим молодым человеком. 
Так продолжалось несколько лет, пока... пока Нина не сказала что выходит замуж за немца. И, поскольку она сирота, никаких согласий родителей и мужей не надо и визу ей дадут быстро. Она целовала Василя и говорила, чтоб обязательно приезжал в гости, что они будут рады, ее муж - немец, всячески приглашал Василя к себе, говорил что сделает визу или усыновит прям сейчас, но Василь понял, что это конец. Не поедет он в Германию, не хочет портить Нинке жизнь, да и немцу незачем знать об их прошлом. 
На свадьбе он сидел видом напоминая покойника. Даже шикарный чешский костюм сидел на нем не так, как хотелось. Проводив молодых на поезд, он побрел домой. Нинка оставила ему квартиру и сделала официальную прописку. Он зашел в квартиру, ставшую такой пустой и не нужной. Увидел разбросанные вещи, открытые двери - Нина как всегда перебирала тряпки в последний момент, увидел ее старое платье, пропахшее духами, и тут на него накатило. Он закрыл платьем лицо и заревел в голос. Ему не было стыдно, ему было очень больно. Как будто потерял единственного родного человека. 5 дней он пил беспробудно. А поскольку пить не умел, то его постоянно тошнило и впоследствии мучаясь от жестокого похмелья, дал себе клятву - не пить, только рюмку - две, не больше. 
Потом, приведя квартиру в порядок, он решил съездить к деду. Взял машину, сумку с водкой и продуктами и поехал. Старое жилье не узнал. Дом почти развалился, жильцов давно выселили. Однокласников частью пересажали, частью поубивали. А одна знакомая бабка, с трудом узнавшая Василя, сообщила, что дед уже год как умер. Василь отдал ей сумку и пошел к машине. Всю обратную дорогу он жалел, что не успел поговорить с дедом, не успел вытащить из старого хрыча все секреты. 
Дома было уже неуютно и он, собрав некоторые вещи и продукты, решил съездить к матери. Мать обрадовалась. Работы для нее не было и она потихоньку продавала оставшиеся вещи. Василь договорился и часть вещей из Нинкиной квартиры перекочевали к ней, а саму квартиру они сдали. Василь надумал ехать в Москву, а потом, если повезет, может и вправду рвануть в Германию. Он собрал немногочисленный вещи, деньги перевел в чеки, и поехал покупать билет. Понимая, что видит этот уже ставший родным город, он решил пройтись по улицам....
*** 
- Олег, не надо... Олег... хрипло по-русски позвал он. 
Бен оторвался от чтения книги и подошел  к кровати. Ночник мягко освещал лицо мужчины, впалые глаза и опаленные лихорадкой губы. Ли открыл глаза, взгляд с трудом сфокусировался на лице Бена. 
- Олег, опять позвал он. 
- Кто это - Олег? спросил Бен 
- Мой друг - прошептал мужчина, - я убил его. И снова провалился в беспамятство. 
Ну и народ, подумал Бен, лучшего друга прибьют, а потом мучаются. Он еще немного постоял у постели и провел рукой по щеке. Можно было бы сходить умыться или поспать, но он не хотел покидать свой пост. С неудовольствием отметил, что щетина у русского не росла. Мутанты, черт побери, а тут брейся хоть 2 раза в день. 
Он еще немного постоял, вслушиваясь в тяжелое дыхание раненого, потом опять сел и стал читать детектив дальше.
*** 
Василь шел по ночной улице. Бандитов он не боялся, знал, что сможет справиться с любым. Была ранняя осень и Василь подумал что скоро будут заморозки, пойдет снег и опять полгода будет мороз и солнце. Нет, надо уезжать отсюда. Вдруг краем глаза он заметил движение по улице, потом еще... Он увидел как из подъезда выходит зек, наматывая цепь на руку. Другой был в стороне и, судя по движениям, у него была заточка. Ни хрена себе, успел подумать Василь, как увидел еще двоих. Они перегородили улицу. Влип. Разбираться откуда они тут взялись у него не было времени. Он сделал несколько упражнений, чтоб размяться, в это время, первый с цепями напал. Василь рванул цепь из его рук, обкрутил вокруг шеи и рванул, в это время сзади приблизился другой с ножом. Василь развернул тело и нож вонзился в подельника. Дальше пошла просто рукопашная. А зеки все прибывали и прибывали. Василь потерял им счет. Он отбивался и убивал по возможности молча и точно. Звать на помощь некого, такая засада могла быть только спланирована заранее. Кто-то ударил цепью по голове, Василь на секунду потерял контроль и понял что уже лежит, а вся оставшаяся кодла бьет его ногами. Конец. 
- Прекратить, - вдруг он услышал где-то вдалеке громкоговоритель. Потом раздались выстрелы. К нему шли люди. Ну что? - спросил какой-то чин в дорогой офицерской шинели. 
- 18 трупов, не считая раненых. 
- Раненых добить, этого - в машину. Он посмотрел на избитого Василя и спросил - жив, сынок? Ну да ладно, до свадьбы заживет. 
2  парня засунули его в машину, причем один сразу взялся обрабатывать побои, другой потянулся к бару - тебе чего - водки или коньяку? 
- Воды. 
- Ну, этого ты всегда успеешь, он плеснул в стакан водки, и положил лед - на, пей. 
Василь глотнул и закашлял. Резко заболели ребра, почки и живот и вообще все сразу. 
- А вы кто? - наконец решил спросить он. 
- Архангелы - разве не видно? 
- Не похоже - буркнул под нос Василий и приготовился к худшему. Пацан справа вытирал ему разбитое лицо, накладывал пластырь и пихал в рот таблетки. 
- Если увидишь, что писаешь кровью - сразу ко мне беги. Кстати, меня зовут Олег - он протянул руку. 
- Василь - пожал руку в ответ и сморщился от боли. 
- Ну ты молоток - сказал сосед слева, когда меня на жмуриков выпустили, я только шестерых уложил. 
- Почему жмурики - хрипло спросил Василь - ему было плохо и от побоев и от водки и от этой обстановки вообще. Хотелось потерять сознание и не просыпаться. 
- А, ты не знаешь, - ну так на тебя зеков выпустили, которых к смерти приговорили - они живут, пока дерутся с нами, а потом - в расход. 
- Гладиаторы что ли... 
- Да, типа, только у них один конец - вперед ногами в крематорий, а наших забить мы не даем. 
Машина остановилась у дома Василя. Офицер толкнул шофера. 
- Иди, сходи  к матери и забери его вещи, скажи, что друг, Василь не может прийти, почему - придумай сам, но если что - записку можешь принести. А... скажи как есть - фингал под глаз поставили, боится мать испугать. 
- Я ведь все правильно говорю, а, Василий? 
- Правильно - опять прохрипел он. В наглую залез в бар и достал бутылку швепса. Сделал несколько глотков и передернулся - надо же какая гадость. Но голос улучшился. Шофер в это время тащил 3 сумки и сумку с едой. Шмотки запихал в багажник, а еду подал в салон. 
- Ты позволишь? - потянулся к сумке офицер - нам еще часов 5 лететь, да пока доедем, а я с утра. признаюсь, ничего не ел, ты у нас лучший. 
- Берите, конечно, протянул сумку Василь. На еду он смотреть не мог. Все болело, голова кружилась и вообще было страшно. Это не бандюки - решил он, или бандюки, но очень высокопоставленные. И драка - проверка, вот влип, млин.. 
Его соседи хрямкали мамкину стряпню, жаловались, что и их могли бы получше кормить. Деликатесы - деликатесами, но чисто домашнего тоже иногда хочется. 
- А ты чего молчишь, Василий, или совсем плохо? 
- Плохо. 
- А ты неразговорчивый. Ладно, сейчас приедем на аэродром - поспишь. 
Они приехали на военный аэродром. Василь никогда не летал на самолете и очень боялся. Олег сунул ему таблетку и сразу стало легче. Он свернулся калачиком на куче парашютов и заснул. Проснулся от того, что его тормошили. 
Василь сразу не понял где он, и как попал, но постепенно память вернулась, так же как и боль в отбитых ребрах, почках и прочем ливере. С трудом, он вылез. Здесь их ждал членовоз - такая здоровая машина, на которой ездят генсеки. Василь видел по телевизору, но чтоб вот так прокатиться... была ночь, вернее раннее утро. Он подозревал, что это не Москва, а скорее город около Москвы, где и находится ихняя база. Он посмотрел в окно, но несмотря на освещение было плохо видно. Через какое-то время машина подъехала к ограде и постовой, взяв под козырек, открыл ворота. Здание как здание, ничего особенного, разве что много деревьев и опавших листьев и не так холодно как дома. Дома. Где теперь будет его дом. Они вошли в здание и офицер устало махнул рукой - проводите его к врачу, потом пусть отдохнет и познакомится с местными. Завтра поговорим. 
Олег затащил его в кабинет, разделенный на секции, судя по всему он был набит различной аппаратурой, и чтоб не смущать обилием, был разделен ширмами. Молодой человек, но старше Василя оглянулся и сказал - раздевайся, сейчас посмотрим. Кстати, меня зовут Сергей, а ты - вон отсюда, указал он на дверь Олегу. 
Олег не обиделся, а вышел, предварительно кивнув Василю, что будет ждать когда все закончится. 
Василь разделся и лег на кушетку, холодная поверхность навевала грустные думы о больнице. Он чувствовал, как холодные руки врача ощупывают, растягивают или жмут все больные и не очень места, наконец, почесав нос, Сергей сказал 
- переломов нет, но досталось здорово. Разрыва почки тоже нет. 
Сейчас возьмем кровь на анализ и будешь свободен. Он разложил ампулы и осторожно ввел иглу в вену. На четвёртой Василь потерял сознание. 
Очнулся от того, что кто-то хлопал по щекам, растирали ноги, под носом водили ваткой с какой-то гадостью - нашатырем по-видимому. 
Он чихнул и попытался сесть. Увидев упакованные в переносной холодильник ампулы, улыбнулся.
- Вампиры за углом? 
Ребята засмеялись. Потом помогли ему подняться и одеться. С трудом передвигая ноги, Василь дотащился до второго этажа. Олег показал ему новый дом - комнату, и очень приличных размеров. Провожатые зашли тоже и, усадив Василя на кровать, предложили выпить за знакомство, тем более, что обескровленному положено - добавил рыжий - Игорь. 
- Влад - сказал другой и обменялись рукопожатием, в результате которого в руке Василя оказался бокал с красным вином. Они выпили, тут же, как по мановению волшебной палочки, появилось печенье и сыр, и порезанная колбаса и всякие другие вкусности. Куда я попал - подумал Василь. Наверное я умер и нахожусь в раю. Ему стало очень хорошо. У него никогда не было друзей и чтоб вот так сидеть и говорить просто ни о чем, жрать деликатесы, подшучивать друг над другом, но беззлобно. Василь захотел, чтоб это продолжалось как можно дольше. Но всему есть предел. И ребята, видя, что новенький засыпает, ретировались. Остался Олег и показал что и где - слева ванна, справа шкаф. Вот тут дверка - холодильник, СВЧ печь, бар и посуда, немного продуктов - потом доберешь, комп уже стоит, а телевизор завтра спросим. Пока можешь идти в душ, твои вещи в шкафу в целости и сохранности. Все. Бай-бай. 
Олег улыбнулся, помахал ручкой и закрыл дверь. Василь еще долго не мог прийти в себя, потом наконец встал и поплелся в ванну. Таких он не видел даже в кино - огромный душ, раковины, мрамор, куча электроприборов, косметических средств, полотенца разных габаритов и непонятного назначения, и халат. 
Он с удовольствием вымылся, смывая грязь, усталость и отпечаток прошлой жизни. Облачился в белый пушистый халат, зашел в комнату. И, увидев, что в бутылке еще осталось вино, налил в бокал и выпил. Потом кинул халат на спинку кресла. залез под одеяло и уснул. Через несколько часов в комнату заглянул Олег и увидев, что одеяло сползло, на цыпочках подошел и поправил. Василь даже не пошевелился. Умаялся бедняга - подумал Олег, вспоминая сколько дней после проверки он лежал в госпитале, а ребята ходили и развлекали его.
Василь проснулся и стал думать - что ему делать. Поскольку валяться в кровати не имело смысла, он быстренько оделся, умылся и вышел из комнаты. Запомнив номер, пошел налево, уперся в большой зал. Судя по всему там был и общий зал, и столовая, и гостинная, и кухня. У белого рояля сидел красивый мужчина с длинными волосами и что-то наигрывал. Василь приблизился и поздоровался. 
- А, новенький? Николай - протянул руку. 
- Василий. 
- Есть хочешь? 
- Ну, не отказался бы - пожал плечами Василь и огляделся. Не хватало официантов или бегающих поваров. 
- Пошли, - сказал Николай и потащил его на кухню. 
Там был один повар и на плите что-то шкворчало и источало дурманяще-аппетитный запах. 
- Ты что любишь - сок, йогурт, кефир, кофе с коньяком, чай.... 
Василь подумал, что он точно в раю, потому что таких продуктов и не ел. 
- А можно мне - вон того - он указал на сковородку и кофе. 
- Сейчас принесут, сказал Николай и, захватив поднос с набранной едой, пошел к столику. 
- Ты бери чего хочешь. Я вот икру люблю. Николай намазал на белый хлеб тонкий слой масла и положил сверху четверть баночки икры. 
Подумал и протянул Василю - ешь, непривычный ты к такому, да и голодный, и в жизни тебе досталось.
Василь скромно откусил и прожевывая спросил - откуда ты знаешь как мне было в жизни? 
- На себя посмотри - скелет, кожа и кости, чем ты там хоть питался? 
Принесли блюдо, закрытое крышкой, Николай снял ее и под ней оказалось блюдо с мясом, гарнированое картофелем, огурцами и еще чем-то, название которого Василь не знал. 
- Нормально питался, только ... только такого у нас не было. 
- Кушай - протянул ему вилку новый знакомый. Кофе будешь? 
- Да, только без коньяка, пожалуйста, и покраснел. 
Николай рассмеялся и налил кофе, глядя, как ест Василь, он подумал, что такой интеллигентный парень просто не может быть тем киллером, про которого рассказывал полковник. А потом подумал - а сам-то ты кто - с внешностью киноактера, такой же убийца, только может быть трупов меньше. Он посмотрел на часы. 
- Сыт, ну тогда пошли.
- А... Василь сделал жест, что наверное надо заплатить или убрать за собой. 
- Пошли, потянул за руку Николай - здесь все свои и у каждого свои обязанности. Сейчас встретишься с полковником, поговорите... за жизнь... 
При этих словах Василю стало нехорошо и он подумал, а может зря, может надо было бежать отсюда... 
Они пересекли коридор и спустились на пол-этажа, там был кабинет. 
- Прибыли - входя сказал Николай. - как закончите - подходите на завтрак, ребята соберутся, познакомитесь. Он еще раз улыбнулся Василю - не дрейфь, не съедят, и вышел. 
Василь остался один и не знал что ему делать. Взгляд офицера пронзал его как лазерные лучи. 
- А почему вас зовут полковник, когда вы генерал - майор? - ничего более умного в голову не приходило. 
- А... отмахнулся полковник - ребята прозвали - из-за песни, слышал, наверное, да и короче. 
- Садись. Разговор будет долгий. 
Василь сел к столу. Убивать, его вроде не собирались, пока, а там - кто знает, а вот полковника убить раз плюнуть, если только он не окажется хитрее и сильнее. 
- Что, прикидываешь как лучше ухайдокать меня? 
Василь покраснел и пробурчал под нос - да что вы - у меня даже и мысли не было. 
- Угу. Полковник повернулся и достал из сейфа пухлую папку, из которой вываливались листы. - Во, сколько на тебя тут материала есть. 
Василь откинулся на спинку кресла. Либо шантаж, либо вышка, даже не интересно - решил он. 
Увидев потухший взгляд, полковник полюбопытствовал - и тебе не интересно? 
- Нет. Ничего тут нет такого, что я не знаю, а ворошить прошлое... 
- Скольких ты убил, считал? 
- С вчерашними жмуриками 187 человек. 
Полковник сглотнул. 
- Ты псих или нравится? Что тебя на это сподвигло? 
- Сначала самозащита, потом желание преобладать над всеми, потом деньги. 
- Угрызения совести мучают? Раскаяние? Трупы снятся? 
- Нет. 
Полковник походил по кабинету, разговаривая сам с собой. Ну и психика, ну и гены, черт побери. 
- Кто отец твой, знаешь? 
- Нет, но судя по вашим высказываниям он работал в Гестапо или СС. 
- Мать сказала? 
- Нет, сам предположил только что. 
- А раньше что - не интересно было? 
- Интересно, но никто ничего конкретно сказать не мог. Догадывался, что кто-то из викингов. 
Полковник поднял бровь - викинги? 
- Ну да - немцы, шведы, норвежцы, у кого еще могут быть белые волосы. 
Полковник сел, внимательно посмотрел на Василя, потом порылся в папке, достал старую фотографию и кинул через стол - на - смотри - кто твой отец. 
Василь взял фото. Можно было бы подумать, что подделка, но фото действительно было старое и скорее всего было прикреплено к какому-то делу. На него смотрела его собственная морда, только в форме СС и на фоне горы трупов. 
Василь задохнулся - не может этого быть, чтоб он был сыном фашиста, перевернул карточку, на ней карандашом было написано 16 августа 1943 года. Он еще раз посмотрел на фото и понял, что не может вздохнуть, очень хочется, но не... 
Он рванул рубашку и уже падая краем глаза заметил как полковник нажимает какие-то кнопки как бежит к нему и наступила тьма. 
Василий очнулся от того, что в комнате ругались. Два медика - Олег и Сергей и еще один незнакомый орали на полковника, он отбивался, но ребята приперли его к стенке. 
- Очень тебе надо было говорить. Ну фриц. ну шпион, дальше что - довел человека. 
- А если он завтра на себя руки наложит - ты этого хотел - вторил другой.
- А пошли вы все - махнул рукой третий - ничего у нас не выйдет с таким организатором. Денег у вас много. Мозгов не хватает. 
И они опять все вчетвером принялись ругаться из-за фото и обморока и какого-то дела. 
Василь пошевелился. Они сразу замолчали и бросились к нему. Живой? Ну наконец-то - На, выпей - Олег влил в него стакан чего-то вонючего и противного. 
- Сердце у тебя прихватило, я потом кардиограмму сделаю. И не трясись ты так, ничего страшного не произошло 
- Да, кроме того что я узнал, что я немец и сын шпиона. Спасибо. Стоило меня сюда из дома тащить. 
- Ну, во-первых тащили тебя для дела, во-вторых - даже очень хорошо, что ты немец - получишь гражданство, сможешь по европе ездить. 
Василь попытался встать, но руки опять уложили его обратно на кресла, под головой было что-то мягкое и только потом он понял, что это полковник снял китель и подсунул ему под голову. 
- Ладно - проворчал полковник. Дело серьезное и надо бы поспешать. За отца не переживай, будь ты в Германии, таким папашей можно было бы гордиться. Он действительно служил в войсках СС и участвовал во многих карательных мероприятиях, потом проник в Советский Союз, под видом ученого и начал вредить. Явных улик против него не было, только косвенные, но 25 годков получил. 
Отбывал на зоне, после смерти самого - он указал на верх, был освобожден и определен на поселение. 
Человек он был видный, хотя и сидел долго. Баб у него было много. По слухам работал на КГБ, но точной информации найти не удалось. 
Ну, в один из приходов, видно обрюхатил твою мать, хотя ходят слухи, что она сама хотела от него, мужа не было, так хоть ребеночек будет. 
А потом он исчез. Почему, куда - не известно. Следов не нашли. 
Василь лежал и ему было стыдно. Перед всеми. За все. 
Ладно, вставай потихоньку - поговорим о главном.
Вот что, други милые - издалека начал полковник - я вас собрал затем, что власть меняется, а дела как были, так и остаются. Вы знаете, что с открытием железного занавеса многие уезжают на запад, восток, да и вообще по всему миру. Уезжают не просто так, а прихватив с собой знания, разработки, про золото молчу - его как грязи, но многие научные открытия уплывают. И наши органы призваны карать предателей. На это даны деньги, нет только крепких исполнителей. 
До последнего времени исполнители работали или нечетко, или, зажравшись на свободе, пускались во все тяжкие, транжирили народные деньги или вступали в сговор с предателем. А я хочу, чтоб карающие длинные руки Кремля нанесли удар по каждому из прихвостней капитализьма. Вам понятно? 
Ребята опустили глаза. Их делали очень дорогими наемными убийцами. 
Дальше. Вы пройдете обучение, получите документы и разъедетесь по городам Европы. У вас будут деньги, вы сможете учиться дальше в любом университете мира, если будет желание, сможете купить дорогую машину и вообще нормально жить, но при одном условии - вы не должны забывать, зачем вас туда послали. Не должны забывать Родину и... 
- ... и ее длинные руки - вставил третий. 
- И это то же. А сейчас пойдем поедим, и вы пойдете учиться дальше, а мне надо будет еще подумать. Время, к сожалению поджимает и фонды не безграничны, как и моя власть. 
Они поели и пошли к очередному кабинету. Там были еще ребята, кто старше, кто младше. Учили их восточным единоборствам, языкам, истории, психологии, вождению, искусству перевоплощения. К вечеру Василь так выматывался, что ни о чем кроме отдыха не мог думать. Так проходило время, кто-то исчезал, иногда появлялись новенькие, но из друзей у него так и остался Олег и Николай. Николай потом уехал, изображая сынка немецкого посла, а их с Олегом послали в Испанию. Олега больше всего интересовала медицина, а Василь просто шатался без дела по улицам Мадрида. Музеи были осмотрены, еда была так себе, а пробраться в охраняемый замок за Соломоном Грабовски возможности не представлялось. 
С полковником общались исключительно по интернету, но помочь он ничем не мог. От нечего делать Василь начал изучать программирование, а потом случайно в сети познакомился с хакером и это так его увлекло, что он не стесняясь лазил по сайтам вскрывая пароли и однажды натолкнулся на сайт аэропорта. Идея пришла сразу - если подключиться к их базе данных, то самолет может приземлиться не на аэродром, а вон на тот неприступный замок. Он долго сидел колдовал, нажимая на кнопки, развлекаясь с разными самолетами, как вдруг один с гулом пронесся над его домом и, не снижая скорости, врезался прямо в основание горы. Когда грохот утих, Василь включил телевизор и стал смотреть новости. Показанное поразило его. Замка не было, просто не было, куска горы тоже. Вместо замка была дыра, как будто в нем хранили взрывчатое вещество. Закрыв от изумления рот и поняв, что он еще в сети, Василь обрубил связь, собрал шмотки и с двумя сумками покинул квартиру. Он заехал в институт к Олегу. Тот его уже ждал и кивнув на столб дыма спросил - 
твоя работа? Хакер недоделанный! Так они сейчас все на уши поднимут. Они заехали на квартиру Олега и через несколько часов покинули Испанию.
Вместо похвалы Василий получил нагоняй и не получил деньги за сделанную работу. Это его не очень-то и расстроило, хотя он надеялся на лучший итог. Но ему было сказано, что надо убивать тех, кого положено и не заниматься развязыванием маленькой войнушки. За взорванный самолет уже взяли ответственность 3 группировки и чем это вообще кончится - неизвестно. 
В Англии было скучно. Олег изучал медицину и химию, и даже пытался рассказывать Василю про разные свойства кислот и тех или иных медикаментов, но Василя интересовало только практическое назначение. Он занимался менеджментом и бизнесом, ходил слушать лекции в (Сорбонну). Они искали профессора Н., которого никто не мог найти. Знали только, что он уехал, прихватив с собой секретную формулу. На одном из занятий Василь познакомился с девушкой. Девушка была умна и красива. Первый раз в жизни Василь влюбился. Он забыл зачем он здесь. С появлением Лены распускались цветы, выглядывало солнце из-за туч и мир становился прекраснее. Они решили жить вместе и Лена решила познакомить его со своим отцом. Они зашли в квартиру и... в квартире было все перевернуто. Лена хотела вызвать полицию, но Василь оттер ее в угол и достал пистолет. Он прошел ряд комнат и увидел... увидел... на полу лежал Олег, вернее то, что осталось от Олега - живые остатки человека, глаза на разъеденном кислотой лице, который молил о смерти. За столом в углу стоял старый хрыч с бутылкой в руке, которую, судя по всему, достал из открытого стенного сейфа. Вокруг воняло тошнотворными химикатами. 
Лена закричала - Папа и хотела бежать к нему, но Василь ударил ее по виску и девушка свалилась на персидский ковер. Тогда завопил профессор - дочь моя! Он видел, как к нему приближается смерть и замахнулся на нее банкой с жидкостью, Василь не стал испытывать судьбу и просто всадил профессору две пули в сердце. Потом оглянулся и подошел к Олегу, пытаясь обойти расплывающиеся вокруг него лужи и увидев, что тот еще жив, молча выстрелил в голову. Тело перестало трепыхаться, а кислота все разрушала и разрушала плоть. Он ничем не мог помочь другу. Василь оглянулся. Все вокруг походило на кошмарный фильм. Поломанная мебель, вырванные листы, а в спальне вспоротые пуховые подушки и матрасы. Все поплыло перед глазами. Василь понял, что надышался какой-то гадостью и надо убираться оттуда. Он нашел профессорские запасы спиртного, сам хлебнул прямо из горлышка, остальное просто разлил. И, закурив сигарету, бросил ее в спиртовую лужу. Пламя взвилось сразу, слизывая длинным языком листы бумаги, потом перешло на занавески и Василь бросился бежать. Когда очнулся во второй раз, то не понял где находится. Вокруг были незнакомые дома, чужие люди. говорящие на незнакомом языке и понял, что заболел. На мгновение стало стыдно, потом пришел ужас. Ты убил свою девушку, ты убил своего друга. Он вспомнил, что случилось с Олегом и его стало тошнить. Утешало только одно - он убил профессора, как его там. А он убивал своей формулой. Василь засмеялся и прислонился спиной к стене. Идти было некуда. 
Вечерело. По огням в окнах Василь вычислил пустую квартиру и вскрыл ее. Позвонил в посольство и назвал кодовое слово. Оставалось ждать когда за ним приедут. Он выпил спиртного и почувствовал, как оцепенение одолевает его. Ему было плохо, как никогда в жизни. Он не знал что с ним, не знал что будет дальше и... приехала машина. Он быстро прыгнул в открытый багажник и так доехал до частного аэродрома. Его уже ждали. Двое мужчин в костюмах подхватили его под руки и помогли залезть в самолет. Самолет был военный. В углу он увидел кучу парашютов и свалился на них замертво. Один из мужчин подошел к нему и принюхался - да он же пьяный. Молодой еще - пить не умеет. Они посмеялись и стали гадать что это за важный фрукт которого приказали срочно везти в контору. Когда через несколько часов самолет приземлился, они стали будить Василя и увидели. что он без сознания. Попытки привести его в чувство успехом не увенчались. В самолёт залез полковник - ну, что копаетесь? И что вы сделали с моим мальчиком? Мужчины пожали плечами и съежились под колючим взглядом. Полковник вызвал скорую и через несколько минут Василя укладывали на носилки. Шок - коротко констатировал врач. Полковник призадумался. Что такого могло произойти, если у убийцы с железными нервами эти нервы сдали. В Лондоне было задействовано несколько агентов. Они перерыли квартиру где жили Олег с Василем. Где был Олег обнаружить не удалось. Из крупных событий - сгорел дом профессора химии Н. Что-то начало выясняться, но вообще все было неясно. Иногда Василь выкрикивал непонятные слова и как будто пытался снять с себя одеяло, но это не получалось и он опять проваливался в бездну. В один прекрасный день Василь очнулся. Он не знал где находится, но решил действовать прямо - открыл дверь и вышел в коридор. Пробегавший мимо молодой человек шарахнулся от него, как от привидения. Василь пошел в сторону, где по его предположениям должна была находиться его бывшая комната. Там его перехватили люди в штатском. 
- Ты как, сынок? - спросил полковник. 
- Нормально - хриплым голосом ответил Василь. 
- А куда... ты идешь - растерянно спросил полковник 
- В ванну. Я потом все расскажу - ответил Василь и вошел в свою комнату. 
Новенький ученик спрыгнул с постели и хотел драться, но увидев белого, как посыпанного мукой мужчину в больничной рубашке и рядом с ним высоких чинов, даром что в штатском, опешил и отбежал в угол. 
- Позови Николая и пусть принесет умывальные принадлежности, полотенца, одежду и все что нужно - прозвучало приказание. 
Курсант быстро впрыгнул в спортивный костюм и побежал искать Николая, которым иногда пугали непослушных детей. 
Я буду у себя сказал полковник и - еды принесите и кофе, махнув рукой он выпроводил двоих сопровождающих. 
- Ну давай, сынок - он подтолкнул Василя в ванну, а сам стал около. Закурил. Подумал, что уже стар для этой миссии, но другого пути не было. Подбежал Николай. Полковник открыл ему дверь и предварительно шепнув - ты проследи. чтоб он не... сделал жест рукой по шее, впихнул в ванну и его. Николай кивнул. Дверь закрылась. Полковник ушел к себе. А Николай думал, как бы ему стать человеком невидимкой, провалиться на нижний этаж, стать лужицей и вытечь обратно под дверь. Он увидел как стоя под горячим душем Василь плачет. Плачет безмолвно и только редкие вздрагивания плеч его выдали. 
- Тебе чего? Спросил не поворачиваясь Василь. 
- Я это... принес тебе одежду и прочее - что надо. Если еще что-то надо ты только скажи. 
Василь кивнул головой и, пятясь, Николай вышел за дверь. 
Успокоившись и начистившись, Василь вышел из ванны и пошел к полковнику. Николай шел сзади пытаясь разговорить одного из немногих оставшихся в живых приятеля, но это у него получалось плохо. 
Они сидели и слушали жуткую историю. Полковник кусал ручку. Значит кислота, которая разъедает плоть, но все остальное цело, и не вы там были первые... так... так... он вызвал химиков и ему пришлось еще раз описывать в каком виде он нашел Олега. Его прерывали вопросами - а была ли пена, чем пахло, а как ботинки и прочее. На повторении истории в N-ый раз с Василем случилась истерика. Его напоили спиртным и отправили отдыхать. 
- Жаль Олега - хороший врач был - проронил один из них. 
- Да, подтвердил другой. А этот-то - совсем с катушек съехал. 
- Ничего, он сильный, он справится - сказал Николай. 
- Думаешь справится? - вслух подумал полковник и пару раз хмыкнул. Не знаю, не знаю... завтра придете ко мне оба. Все свободны и можете продолжать работать. Сам он остался и долго смотрел в окно на серое, затянутое темными облаками небо и думал о будущем. Мысли эти были грустные и будущее представлялось не веселым, а вот таким вот серым.

В комнату к Василю зашла девушка в коротком красном пеньюаре и красном белье. Василь не хотел любви, он хотел выпустить пар, поэтому и трахал ее остервенело, молча, сжав зубы. Девушка под ним стонала и изображала как ей хорошо. 
Наконец, получив миг высшего наслаждения, Василь велел ей убираться, а сам сначала хотел подумать над извечным вопросом - как быть и что делать, но потом решил что устал и хватит на него сегодня и просто закрыл глаза и уснул.

- С вашего выпуска вас осталось двое, большинство были убиты после 1-2-х убийств, имеется один перебежчик в штатах, несколько сдались местным властям, еще двое или трое где-то в Азии, но мы их уже списали. Ситуация там сложная, не думаю, что выпутаются, хотя всякое бывает. 
Василь, ты как самый опытный, поедешь в Америку. У тебя будут деньги и прикрытие. Найдешь работу, учебу - делай что хочешь, можешь жениться и завести детей, но иногда тебе следует заходить на сайт, получать новый список и действовать. Деньги будешь получать постоянно. Поступай как тебе удобно, сотрудничай с кем хочешь, обещай чего хочешь - контора все покроет. Только не надо, тут полковник поморщился, больше таких аварий. Тебя не просили. Вот если бы это был полный самолет изменников... 
А ты, Николай, поедешь в Сеул. Тебе будет задание найти одного из внедренных и узнать подробности кто и зачем ищет контактов с нами. Я вам это говорю для того, чтобы знали, что ваши пути могут пересечься в самых неудобных обстоятельствах. Дальше действуйте, как сочтете нужным. 
Они кивнули и вышли. Больше они не встречались. Через пару недель Василь уже жил в Америке и наслаждался свободой и комфортом. Где был в это время Николай, он не знал, да и не хотелось особо грузить себя чужими проблемами. 
**** 
Василь очнулся и первое, что он понял, что руки были привязаны. Повернув голову, увидел сидящего на стуле человека в накинутом белом халате. Шустрый. Бен почувствовал, что на него смотрят и поднял голову. Так, русский пришел в себя и надо с ним кончать и побыстрее. Он пододвинул лампу так, чтобы она светила в лицо мужчине, с удовольствием заметив, что ему пришлось закрыть глаза, а из под век потекли слезы. 
- За что ты убил Майка, сволочь? 
- Ни за что. 
Ответ обескуражил. Бен просто обалдел от такого неожиданного ответа. 
- Как ни за что - вот так вот взял и убил? 
- Нет, он сам напал первый. 
Это уже было интересней. 
- А почему он напал, - вкрадчиво спросил Бен и отвернул лампу от лица. 
- Не знаю - попытался пожать плечами русский. Он сказал. что я видел как он что-то кому-то передавал, такой низенький и толстый. 
- И ты действительно видел? 
- Наверное. Могу предположить что этот ваш Майк передавал ему видеоленту или коробочку, похожую на нее. 
Бен отступил, с интересом глядя на незнакомца. 
- И что думаешь по этому поводу? 
- Думаю что ваш Майк торговал секретами фирмы. 
- А вот это ты врешь! - взбеленился Бен и отвесил русскому оплеуху, врешь, еще удар, не мог Майк так поступать, не мог!!!! 
Удары посыпались один за другим. Услышав, что дверь открывается, Бен вцепился ему в горло, стараясь придушить или сломать в крайнем случае гортань, чтобы он навсегда замолчал со своей правдой. Его стали оттаскивать и, с трудом разжав вцепившиеся в горло пальцы, после недолгой борьбы, Бен оказался в углу, а возле русского уже хлопотали врачи. Он увидел как кашляет и плюется кровью ненавистный ему человек и очень пожалел, что не успел убить его. Ему приказали идти выспаться, а то, что он натворил сегодня, разбирать будут завтра. Он еще краем уха слышал что русского что-то спрашивают, а тот кашляя и захлебываясь что-то отвечает, потом дверь закрылась. Бен не верил, что Майк был шпионом. Просто не верил. Это он все нарочно придумал, чтоб себя отмазать. Придя в спальню, Бен долго ходил с невидящим взглядом. Пил из стакана виски, пытаясь разговаривать сам с собой, споря и переспоривая свое эго, потом бросил стакан в стену и, получив удовлетворение в виде брызнувших осколков, завалился спать. 
На другой день к больному его не пустила новая охрана. И хотя Бен размахивал удостоверением и орал про свои полномочия его просто не пустили. Ничего, я доберусь до тебя. Он пошел на собрание. 
Там присутствовали только высшие чины и Бену стало очень неуютно в этой команде. 
- Положение более чем серьезное - наконец начал "директор" конторы. Имеем сведения про утечку информации. 
- А... - только успел произнести Бен. 
- А вам, я вообще советую помолчать и подумать над своим поведением. 
- Про то, что от нас просачивалась некоторая информация, знали давно - она всегда просачивается. Можно было списать на длинные языки, пронырливых журналистов и прочих, но не сейчас. 
- А кто этот? - кивнув на дверь спросил один из сотрудников. 
- Да судя по всему никто. Киллер из нищей страны. Убивает тех, кто сбежал на запад, прихватив некоторое достояние республики. По приказу своего правительства. 
Все негромко засмеялись. Потом еще один человек в черном костюме спросил - и что будем с ним делать? 
- Не знаю. Директор замолчал и потер подбородок. Он - темная лошадка. Говорит то, что считает нужным. Убрать мы его всегда сможем, а вот если бы он смог найти того лысого и толстого, да и как профессиональный киллер он нам бы пригодился. Что думаете? 
Все только пожимали плечами и крутили головами, но никто ничего не сказал - и так было понятно - начальство уже само решило. 
- Значит так - пускай живет и по возможности работает на нас. Держать на коротком поводке. А вот этот - он кивнул на Бена - за ним присмотрит.
*** 
Василь вышел из забытья и понял что свободен. Не в прямом смысле, а в том, что его больше не привязывали к кровати. Горло болело нещадно. В груди все хрипело. Не свобода, хотя бы видимость. Он стал думать как отсюда сбежать, но умного ничего в голову не пришло, а вот голова разболелась и пошла кровь носом. Он вытер кровь ладошкой и стал смотреть на нее. Какая она - горячая, соленая, противная. 
Пришел врач и вытер ему лицо, поправил капельницу и негромко сказал - к тебе пришли. На пороге стоял человек в черном костюме с папкой бумаг под мышкой. Подождав когда врач уйдет, он подошел к Василю и разложил документы. Василь подумал - какая сладкая ловушка. Как все заманчиво и обещают золотые горы. Но на самом деле его пристрелят при первом же удобном случае. Он что-то подписывал. Его попросили написать пару предложений. Потом взяли отпечатки пальцев, ладони и только потом, пожелав выздоровления, человек ушел. Василь остался один. Он лежал в темноте и лихорадочно думал - что же делать. Убьют его при любом раскладе - и дураку понятно. Он не верил в счастливые сказочки. Но умирать не хотелось, тем более в начале жизни - когда в мире еще много интересного осталось. Так ничего и не придумав, он уснул. 
Через несколько недель ему велели одеваться и идти в свою комнату. Одевать было особо нечего. Накинув больничный халат и шатаясь от слабости, он пошел длинными подземными переходами. Внутреннее расположение очень напоминало то, к которому он привык находясь дома, или уже не дома, а там - в прошлой жизни - мелькнула и пропала мысль. 
- Похоже наши конторы по одному проекту строили - насколько можно весело спросил Василь спутника. 
Сопровождающий ничего не ответил, только иногда на поворотах он поддерживал Василя за локоть, чтоб подопечный не дай бог не врезался в угол. Ведь потом скажут - избил. Они подошли к совсем незаметной двери. Охранник постучал и дверь открыли. На пороге стоял Бен. От неожиданности Василь попятился и наступил сопровождающему на ногу. Тот впихнул Василя в комнату. Дверь закрылась. Они остались один на один. Наконец Василь решил, что умирать только один раз и отодвинув Бена прошел в комнату. Комната просто поразила. Она была похожа на его старую. Только не было компьютерного стола. И вместо одной стояло 2 кровати. Возле зарешеченного окна стояли его распотрошеные сумки. Василь подошел и стал выбирать одежду. Найдя трусы он повернулся к Бену - ну что - понравились? Обнюхал уже? 
Бен еле сдержался, чтобы не прибить этого нахала. Пока он кипел от гнева, Василь отобрал чистую одежду и пошел в ванную. Он был очень доволен собой, ему удалось уесть противника. Значит, и у него есть своя кнопка. Значит, будем давить. Он довольно похихикал про себя, а когда вернулся Бен уже лежал на кровати. 
- Что будем делать? - спросил дружелюбно Василь. 
- Ничего. Я буду читать, а ты что хочешь. 
- Я на улицу хочу. Можно? 
- Пошли, только не долго - проворчал Бен и начал одеваться. Василь откопал черное кожаное пальто, обмотался белым шарфом и они вышли на балюстраду. Этажа три будет - подумал Василь, глядя вниз. Но если башкой, есть вероятность, что сразу насмерть. Он посмотрел еще раз и подумал, а что если... 
Чья-то рука схватила его и оттащила от края. 
- И не думай, ублюдок - прозвучал над ухом насмешливый голос. 
Оставалось просто стоять и смотреть на окрестности. Вокруг лежал подтаявший и замерзший несколько раз снег. Пахло весной. Василь попытался вздохнуть полной грудью, но не получилось. Он закашлялся и Бен поволок его в помещение. Окинув взглядом белое пространство еще раз, Василь заметил вертолетную площадку. С тем его и утащили. 
Обедали они вдвоем молча. Окружающие видели их и знали - что вон тот, с белыми волосами - русский шпион. Обед был так себе, впрочем как и вся американская еда. Увидев, что Бен достает сигарету, попросил и себе. Так они молча курили, иногда поглядывая по сторонам и искоса друг на друга. Василь приметил большой рояль стоявший в углу. Он кивнул на него - можно? Бен махнул рукой - а, давай... 
Василь выволок рояль из угла и стал разминать руки. Он давно не играл и не хотелось выставляться при всех неучем. Что он очень хорошо помнил, так это Лунную Сонату. Разбуди его ночью и через 50 лет, он сыграл бы ее наизусть. Ну что же - с нее, любимой и начнем. Он заиграл сначала робко и неуверенно. Потом поняв, что ни память, ни руки ему не отказывают, заиграл уверенней и вот уже в столовой все притихли и пытались жевать потише, не стучать приборами. Когда он кончил, раздались аплодисменты. Тогда Василь заиграл Шопена. Музыка летела из под пальцев легко и уверенно. Старые уроки не пропали даром. Подошедший директор с интересом смотрел на импровизированную сцену. 
- Ему б очки нацепить - и студент консерватории, а не киллер. И откуда такое образование. Несмотря на ворчливость и неприятность положения, он остался . Василь играл 2 часа, несмотря на боль в руках, несмотря на то, что перед глазами уже плыла красная пелена. Уходил он оттуда если не национальным героем, то общим любимцем. 
- Не может этот игрун быть профессиональным убийцей. Может так - любитель. И известно что он убил двоих, причем второго - при самозащите. 
- Не... сказали он самый лучший - выкормыш КГБ. 
- Посмотрим. Но убивать его пока еще рано...
Василь лежал на кровати, растирая руки. После долгого перерыва болели кости, суставы, плечи. Он понял, что убивать его прям щас не будут и значит есть надежда. А пока... Он повернулся на бок и уснул. 
Бен проснулся от того, что ему чего-то не хватало. Он поворочался, сразу не мог понять чего, а потом догадался - русский сосед не дышал. Совсем. Бен на цыпочках подкрался к нему и потряс за плечо 
- Тебе чего? - раздался хриплый со сна голос. 
- Извини, думал что ты умер. 
Василь в темноте усмехнулся, перевернулся на спину и продолжил спать. 
На другой день Бен проснулся от ощущения что что-то в этой комнате не так. Он поглядел на соседа и обмер - кровать была пуста и заправлена, а русского шпиона не было. Бен вскочил и хотел выскочить в коридор, но тут дверь распахнулась и в комнату ввалился Василий. От него валил пар, он был весь мокрый. 
- Ты где был - изумился бен. 
- Бегал вокруг вашего заведения. Кстати, очень полезно для здоровья. Он схватил полотенце и ушел в ванную. 
Бен посмотрел ему вслед и пошел умываться в соседнюю комнату, попутно жалуясь сослуживцам какой у него жилец скотина. 
Они позавтракали, после чего Василий собрал все свои книги - 2 огромные коробищи и отнес их в местную библиотеку. Просмотрел, нет ли в них чего лишнего для посторонних глаз и расставил их на нижней полке. Все. 
Он решил быть им полезным, и, как представится возможность, бежать. Отсюда сбежать не удастся, а вот когда вывезут на полевые работы, тогда... 

Бен мешал ему спокойно жить и он решил извести его. После пары раз приставаний Василия, Бен сбежал сам, проклиная распоясавшихся русских, а Василий похохатывая выставил его кровать, а знакомая пассия подарила ему письменный стол в обмен на китайскую вазу, прихваченную Василием с разоренной квартиры. Потом так же он притащил и компьютер. В интернет ходить ему не разрешили - не было связи, зато играть было можно. Так проходило время. Василь занимался спортом, играл на пианино или гитаре, или просто смотрел телевизор, представляя себе план побега из разных ситуаций. И вот однажды его позвали к начальству. 
- Мы наконец-то выяснили откуда идет утечка и нашли твоего седого коротышку, сегодня он будет передавать некую информацию другому лицу. Сможешь ли ты убрать обоих? 
- Смотря по ситуации - проронил он. Сердце защемило. Что это - проверка на лояльность или настоящая работа? Думай быстрее - подстегивал он себя - выберешь неправильно и будешь третьим трупом. Он разговаривал со своим вторым я, но ни к какому выводу так и не пришел. Все будут решать минуты, вернее секунды. 
Они расположились на крыше старого дома. Василь облачился в свое любимое черное пальто и пряча лицо в шарф пытался скрыть дрожь нетерпения, выдавая ее за дрожь от холода. Четверо сопровождающих, все при оружии. Дом старый - почти развалины. Встреча должна состояться на первом этаже, так этот связник не должен дойти. Ему дали винтовку с оптическим прицелом. Василь еще раз проверил хорошо ли она смазана и правильно ли заряжена. Он посмотрел в прицел и сердце перестало биться - на встречу с предателем шел Николай. Он немного изменился за прошедшее время, но все равно Василь узнал бы его из тысячи. Дальше время отсчета пошло даже не на минуты, а на секунды. 
- Я должен поговорить с этим человеком - крикнул Василий и рванулся к лестнице. Охрана-подельники-палачи хотела бежать следом за ним. 
- Ждите здесь - командирским тоном рявкнул Василий - эти конторские крысы потеряли несколько драгоценных секунд. Василь сбежал по лестнице, держа в правой руке снайперскую винтовку. 
- Николай... 
Дале все произошло все одновременно и за несколько секунд, впоследствии казавшиеся выжившим долгими минутами. 
Предатель собирался открывать чемодан. 
- Тикай отсюда, Васька!!! - заорал по-русски Николай и схватив дипломат стал выталкивать Василя в проем дома на улицу. 
Послышалось топанье четырёх пар ног. И тут раздался взрыв.
*** 
Василь очнулся первым. Он лежал на тротуаре и голова свешивалась с бордюра. Как при таком положении он не сломал себе шею - одному богу известно.У него на животе лежала голова Николая и изо рта струйкой стекала кровь. В стороне валялся раскрывшийся дипломат. В нем были пачки денег и паспорта. А вот ног не было видно. Василь стал аккуратно выползать из-под развалин, потом вытянул Кольку и ужаснулся. Дома больше не было. По грудь они были завалены камнями и Николай закрыл его своим телом уже в полете. Василь собрал дипломат, потом перевернул Николая на спину и за шкирку потащил его к противоположной стороне. Сирены уже выли и вокруг стал собираться народ. Почему не едут охотники за трупами? Ведь у конторы много своих соглядатаев, а они тут одни... Потом они долго ехали до госпиталя. Это ему показалось долго, на самом деле не больше 5-ти минут. Потом врач осматривал их обоих. За это время Василь успел просмотреть документы и назвался чужим именем. А что касается взрыва - так проходили мимо случайно. Василь отделался легкими ссадинами и легким сотрясением мозга. У Николая были переломаны ноги и позвоночник, повреждены ребра. Были нужны срочные операции. Часть стоимости Василь оплатил деньгами из чемодана, часть чужими кредитками, сняв с них наличные. 
Успев за пару часов охмурить медсестричку, она дала ему воспользоваться компьютером. Просидев всю ночь Василь получил деньги и договорился с фешенебельной частной больницей, что они примут туда Николая на излечение. Он заплатил сколько надо и исчез. Потом прибыли санитары из клиники и оттранспортировали Николая туда. Когда через несколько часов пришли господа из конторы, в скорой никто не мог сказать куда делись 2 русских мужика, да и были ли они тут вообще... 
*** 
20 лет спустя. 
Ник Гор сидел на патио своего большого дома в Потомаке и по обычаю ел свой завтрак. В дверях показалась женщина. Она была довольно худая, с длинными белыми волосами. Лив, дорогая... они поцеловались и Оливия села пить кофе. С утра только кофе, ланч - кофе, а вот пообедать можно вместе. На большой поляне резвились дети. 
- Сегодня открывается выставка Ван Гога - ты поедешь? 
- А как же. Я люблю живопись. Оливия откинулась на спинку стула, пеньюар распахнулся, так, что стало видно грудь женщины. 
- Люблю тебя, дорогая. Приедешь с открытия, поезжай прямо в наш пентхаус - давно мы не любовались ночным городом. 
Ник Гор был удачливый бизнесмен. Он был не просто удачлив, он был астрономически богат. Из невзрачного начинающего клерка он превратился в преуспевающего бизнесмена, владеющего не только акциями самых престижных компаний, но и владельцем всяких заводов, домов в разных штатах, а заодно и разных пароходов, самолетов, фирм и фирмочек. А главное - ему достался приз - Оливия Догмар. Внучка барона Догмара, к несчастью пережившего всех своих детей. Она была подлинным бриллиантом в коллекции Ника Гора. У них было 8 приемных детей. Оливия учреждала разные премии для лучших учеников. Она была всегда желанным гостем там, где была нужна реальная помощь. 
*** 
Евгений Коганович держал в руках фото. Фото было старое. С него были пересняты десятки копий, но это было одно - подлинное. И сейчас он сравнивал это фото с лицом на фотографии в газете. Оливия Догмар. Он долго пытался копать под нее, но ничего не вышло. Если что-то и было, это скроет мгла за семью печатями. Евгений выпил еще стаканчик виски. 
На фото был снят человек, в ту самую зимнюю ночь, за несколько секунд до убийства его деда. И у этого человека было лицо Оливии Догмар. 
Как вездесущий папарацци, Евгений пролез и сейчас. Да - красивая женщина - подумал он. Сейчас ей достанется. 
Он поднял карточку и помахал ей - Советская пресса 
- Мисс Догмар, вы знаете Василия Охотника? 
Ей перевели, женщина, пожав плечами сказала - нет, мне он не знаком. Это что - великий русский художник? 
- Говори по-русски, сука, ты знаешь его - рявкнул Евгений. Ты не та, за кого себя выдаешь... 
Охрана выводила Евгения под руки. Он упирался и все время оглядывался назад. 
Оливия что-то объясняла корреспондентам и все весело смеялись. Перед тем, как его выкинули на улицу, Евгений обернулся еще раз и увидел как ему в спину впились холодные голубые глаза этой загадочной женщины. 
Больше на этом свете Евгения Когановича никто не видел.


Для тех, кто не понял или закричит - на самом интересном месте, или ... а дальше... 
Все герои вымышленные. Всякое сравнение с реалом и реальными людьми просто смешны. 
История тоже выдуманная. Всякое сравнение с реалом, а также приведение реальных историй - глупо. Я про них не знаю, а если что и совпало - ну просто так получилось. 
Значит Василь поместил Николая в госпиталь, сам уехал в страну третьего мира и поменял пол. Вот только не надо на этом месте вопить, что Лиса любит трансвеститов и иже с ними граждан. Нифига. Просто ход был великолепный. Скажу по секрету - подсмотрела в одной байке из склепа. После начал копаться в сети и обнаружил чмошницу Оливию Догмар. Богатая тетка, прозябала в европе, иногда занимаясь благотворительностью. Её никто не знал, и то, что она единственная внучка барона. Все что оставалось Василю это посетить ее и убить, а потом залезть в базу ФБР с отпечатками пальцев и фото и подменить. Потом пойти в посольство и ему дали паспорт взамен "утерянного". Потом он попал в липовую аварию, но Оливию отправили на родину с амнезией. Это было очень удобно, особенно, когда немногочисленные родственники пытались навязываться. Не помню и все - был ответ. Потом она посетила Николая. К счастью, нервы не были задеты и он уже смог подниматься. Перелом зажил. Потом, покопавшись на сайтах знакомств и найдя одинокого игрока на бирже, не очень удачливого, но походящего на Николая комплекцией, оставалось его убрать с дороги и заменить Николаем. 
Через несколько лет, получив наследство барона, он помог Николаю встать на ноги и развернуться в мире бизнеса, вскоре они поженились. Спали они вместе или нет - не знаю, это скрыто от меня. Но друзьями были хорошими. Николай любил детей и они усыновили сначала двоих, через время еще двоих, потом Оливия привезла из миссии в Мозамбике черного мальчишку, потом умерла какая-то родственница на седьмой воде у Николая и он забрал близняшек. Последнего им просто подкинули, утверждая, что это ребенок Николая. Проведя расследование, они выяснили, что одна тетя так просто пошутила. Теперь она будет шутить в другом месте - тюрьме. Также Николай учреждал премии за лучшие оценки и потом эти люди работали на него же. Жили они в свое удовольствие. 
Евгений Коганович в ту злополучную ночь действительно заснял убийцу деда. Тогда он был еще мальчишкой и ждал деда, чтобы показать ему свое новое изобретение. К сожалению так и не дождался. Потом он рылся в архивах, газетах, расспрашивал знакомых, неоднократно ездил в Россию и чисто случайно ему удалось узнать фамилию убийцы. Потом, увидев знакомое лицо в газете, он пытался рыть под Оливию и Ника, но у него ничего не вышло. Как говорится, не был, не был, не был, не был, даже рядом не стоял. Так же и про Василия он ничего не нашел. А однажды к нему пришел человек в черном и велел прекратить поиски. Почему-то Евгений его сразу послушался. То, что он сделал, был отчаявшийся жест пьяницы-репортера, за что в общем-то и поплатился. А Оливия и Ник и сейчас живут и процветают. Старшие дети выросли и заняли достойное место в обществе. На этом сказочке конец.